Фамильяр и ночница

— Может, она уже давно считала меня безнадежной, годной только на то, чтобы завитки рисовать да позолоту накладывать...

— Да какое это имеет значение? Будто ваша Мелания кладезь мудрости! Колдовской дар прежде всего должен быть внутри, на него нельзя натаскать. Я лишь дал тебе понять, что потусторонний мир совсем не враждебен, а дальше сама распоряжайся этим знанием.

— Спасибо, — улыбнулась Дана и почувствовала, что щеки вновь запылали. Она посмотрела на воду, переливающуюся под перламутровым небом всеми цветами радуги.

Когда-то девушка слышала, что в Маа-Лумен посреди лютой зимы небеса окрашиваются в такое многоцветье, и решила позже спросить об этом у Рикхарда.

— А не желаешь ли сама искупаться? — вдруг спросил парень и хитро прищурился. — Смею заверить, хозяйки тебя не тронут! Зато такой теплой и чистой воды ты не видела ни в одном из ваших озер.

— Что? — осеклась Дана. — Ты предлагаешь мне снять платье?

— А ты хочешь остаться в нем? Но его долго придется сушить, — бесстрастно ответил Рикхард.

— И ведь другие девчонки из поселка спокойно так делают! Что же тебе мешает?

— Я как-то не привыкла обнажаться при чужих мужчинах, — нахмурилась Дана, заподозрив, что вся прогулка сводилась к простому соблазну.

— Да я могу и отвернуться, если уж тебе это так важно. Но позволь спросить, почему? У тебя что, есть шрамы или ожоги?

— Нет, — удивленно покачала головой девушка.

— Тогда почему ты боишься? Это же просто твое тело, такое как всегда! Или ты его не любишь?

— Что-то странное ты толкуешь, Рикко! Это мое тело, но оно не предназначено для твоих глаз, — отрезала Дана, про себя чувствуя колючую неловкость и странную обиду.

— Меня-то оно вполне устраивает!

— Ты уверена?

— А к чему ты все это спрашиваешь? Мало ли чего тебе потом захочется! А у меня, между прочим, жених почти есть, — неожиданно соврала Дана. — Что бы он сказал, если бы я дошла до такого бесстыдства, показала другому парню то, чего он сам еще не видел?

— Почти жених, — усмехнулся Рикхард.

— Забавно звучит, ну да ладно: вам виднее. Не сердись, Дана, я не имел в виду ничего дурного, и купанием всегда называю именно купание. Поверь, я бы выразился иначе, если бы захотел.

— У вас всегда с этим так просто?

— У нас? — почему-то повторил парень и ненадолго задумался. — Пожалуй, да, у нас проще.