Фамильяр и ночница

Хотелось опять расплакаться, кусать губы до крови, терзать подушки, но она держалась и терпеливо ждала Ярославу. Та вошла с таким же горестным лицом, однако от прикосновения ее сухой теплой руки Дане стало чуть легче.

— Ты на Рикко не серчай, девочка, — сказала Ярослава, — он очень славный парень, даром что нелюдь. Просто они по-другому разумеют, не так, как мы...

— А вы тоже колдуны? — нахмурилась Дана. — Иначе почему все о нем знаете?

— Нет, мы ведовству не обучены: их племя порой само выбирает, кому открыться.

Рикко еще моего отца знал: тот был лесником на самой границе с Маа-Лумен. Хоть он и простой человек, но лес ему был милее родного дома, он знал, как задобрить его хозяев, когда обратиться к ним с воззванием, а когда лучше не тревожить. И всякого зверя уважал, и птицу, и цветок... Вот Рикко и привык считать его своим товарищем, а там я подросла, тоже к лесу прикипела. Вадим когда-то был охотником, шалил в лесу по молодости да горячей крови, не соблюдал заветов, так что едва до беды себя не довел. Но мой отец и Рикко его выправили, а потом мы и слюбились. Сюда уж нас жизнь забросила, но лес мне до сих пор снится, Даночка...

Ярослава отвела глаза, и как на миг показалось Дане, в них блеснули слезы. Затем снова заговорила:

— Мы всегда Рикко здесь привечали, как он в Усвагорск наведывался. У него часто какие-то дела с колдунами водились, а потом еще эта Силви тут обжилась. Но ее мы почти не знали, она не любит людей, и Рикко считал, что разумнее держать ее от нас подальше.

— Значит, она опасна? — тихо спросила Дана.

— Она хищница, Дана, пожирательница душ, да и кровью людской не брезгует. Правда, обычно насмерть не изводит, но забирает много...

— Тогда почему они вместе, если Рикко помогает людям, а она их калечит?

— Потому что лес живой, Дана, и в нем много всего намешано — и света, и тьмы, и тепла, и стужи, и слез, и крови. Одни силы оберегают людей, не дают сбиться с пути, а другие стращают и отводят глаза, и там уж кто победил — тот и прав.

Дана зажмурилась и вцепилась в волосы.

— Нет, нет, Ярослава, мне этого не понять, — сказала она. — Наверное, мне не хватает вашей мудрости, но я просто не могу...

— Не плачь, девочка, все еще наладится, — ласково промолвила женщина. — Ты умница и применение своему дару всегда найдешь. Главное — будь здорова и не унывай.