Ноэль и дракон

Переступив порог кухни и присев за стол, Жаннет внезапно осенило.

Точно. Запах Роланда. Он пах опасностью.

* * *

Раз за разом Ноэль думала, как же ей хорошо в этом доме и как она благодарна всем, кто ее окружает.

Утреннее солнце кружевом ложилось на потрепанную скатерть и людей вокруг. На кухне бы все не поместились, а потому завтракать решили на открытом воздухе. У Ноэль в последнее время пропал аппетит, но она послушно жевала свою порцию, борясь с тошнотой, и рассматривала людей вокруг.

Эта большая семья напоминала ее собственную, но при воспоминаниях о доме на глаза накатывали слезы, а потому Ноэль старательно гнала мысли.

Она устала. Пусть прошло всего несколько месяцев с ее появления здесь, но она чувствовала себя смертельно уставшей, и прекрасно понимала, почему так и почему ничего изменить не получится.

Пока все было внешне в порядке, и она старалась улыбаться и хорошо выполнять свою работу, но вечером, приходя домой, едва заставляла себя идти на прогулку с Роландом.

А после этого просто сидела и гладила его шерсть. Или даже не гладила, а смотрела пустым взглядом в стену. Он пытался бегать, с ней говорить, что-то рассказывать, она же раздражалась и не слушала. Пока еще она его не шлепнула ни разу, но со все нарастающим ужасом и отвращением к самой себе понимала, что скоро и до этого дойдет.

Она ненавидела саму себя в такие моменты, принимала эту ненависть, но чувствовала себя рыбой, выброшенной на берег. Она задыхалась, и изнутри ее съедало и гнало куда-то сбежать беспокойство.

Как так получилось, что она оказалась в этом мире и стала Хранителем Дракона? Что это вообще значит - Хранитель Дракона? И неужели тогда, в зале, никто не понял, что она девушка? Почему неправильно указаны ее приметы?

Нет, она совсем не хотела, чтоб их с Роландом нашли, но если поначалу она просто обрадовалась, услышав по радио “свое” описание, то чем дальше, тем больше находила это странным. Она все больше чувствовала, будто ее загоняют в угол — но кто? Как? Зачем? Она не знала.

Знаний о мире и необходимых навыков было до смешного недостаточно, а считать других глупее себя — такой опасной и неразумной привычки у нее не водилось.

Ноэль смотрела на мать семейства, Адель, как она хмурится и уговаривает младшую дочь есть кашу и овощи, а та крутит носом и просит меда; как ее старшая сестра подпрыгивает от нетерпения на стуле и почти вливает в себя содержимое тарелки, давясь и кашляя.