Обряд

Тем более он прибыл в город всего лишь днем и не помнил, что успел что-то нарушить, но главное он сам собирался идти завтра в полицию, только не к простым следователям, а к чиновникам, в главное управление. Мысль о том, что к нему прислали почетный эскорт, вампир откинул сразу: эти двое, едва не бросавшиеся на него с зачарованной веревкой, мало похожи на учтивых сопровождающих, которых обычно дают в свиту для подчеркивания статуса гостя.

Наслаждаясь видимым дискомфортом Ведары, вампир клыкасто улыбнулся и развалился на стуле, всем своим видом демонстрируя, что никуда не торопиться:

- Мне нечего скрывать от властей и тем более от жителей славного Орвилла, поэтому можете не стесняться и пояснить, какие у вас ко мне имеются претензии.

Думаю все их можно разрешить, не сходя с этого места. 

Уильям видел, что вампир не слишком-то смахивает на преступника, держится очень уверенно. Этот Шайенн либо имеет недюжинную силу за спиной, либо чистую совесть.

Что здесь верней, орк, с примесью человечьей крови предпочел не решать, предоставив сделать сложный выбор начальству, которому, как известно, всегда видней. Об этом подумала, и сама Ведара, но при этом она знала, что вампир был на месте преступления, об этом четко говорят многочисленные следы. Так что в любом случае надо разбираться. 

Едва Ведара открыла рот, чтобы немного прояснить ситуацию, как со своего места вскочила возмущенная донельзя мадам Лилия и колыхаясь в такт собственному дыханию, выкрикнула:

— Вот девка-то противная, все тебе неймется! Сначала меня, порядочную женщину хотела посадить, да ничего не вышло, теперь за моих клиентов взялась? Разорить меня решила, из зависти, что у меня все в жизни все хорошо и благополучно, да? Все ходит и ходит, вынюхивает, высматривает, тьфу, глаза б мои тебя не видели! Вот я на тебя завтра жалобу в городской Совет накатаю, а там и до его светлости Брейзи дойдет, мало не покажется, забудешь, как маму родную зовут!

Суккуб, успев притереться к обаятельному оппоненту, который лихо выиграл у нее несколько туров в карты, все больше и больше распалялась.

Ей очень не хотелось, чтобы господин Херефорд сейчас уходил с этой потерявшей первую свежесть селедкой, которая не способна понять и принять реальные ценности, и все гоняется и гоняется за воздушными замками, а время на построение женского счастья таило безвозвратно.