Обряд

По крайней мере, именно так Ведара объясняла сама себе возникшее неприятие к разносчице, которая тоже не отличалась добрым и покладистым нравом. 

В этот момент грызун как раз добрался до Эсперансы, потоптался на месте и прыгнул ей прямо на раскрытую ладонь. Женщина вздрогнула от неожиданности, она раньше никогда не видела, чтобы мыши так нагло себя вели и при этом так высоко скакали. Она уставилась на грызуна круглыми от ужаса глазами, открыла рот в беззвучном крике, да так и замерла, не в силах ни двинуться, ни что-то сказать.

Пошевелив длинными усами, мышь чуть нагнула голову и вполне четко сказала.

- У тебя еда есть?

В следующую секунду «Мечту русалки» потряс ни с чем несравнимый вопль. Эсперанса затрясла руками, пытаясь освободиться от мелкой пакости и стартовала с места так, что мимо Ведары только пятки сверкнули. Разносчица слетела с лестницы, беспрестанно крича о нечисти, проникшей на жилой этаж и выбежала на улицу, надеясь, что там ее заколдованная тварь, точно не найдет.

 

- Какая впечатлительная барышня, - проговорила мышь низким мужским голосом, возникая прямо перед Ведарой.

Та дернулась, больно ударилась затылком о дверной косяк и, потирая ушибленное место, удивленно спросила:

- Ты и перемещаться умеешь?

- Только благодаря тебе, - мышь мигнула, исчезла и слово «спасибо» было произнесено уже в пустоту.

С чувством выполненного долга Ведара закрыла дверь, стараясь не вслушиваться в возмущенный ропот разбуженных постояльцев, которые то и дело выглядывали в коридор, пытаясь отыскать возмутительницу спокойствия.

Сон пришел к ведьме быстро и был на редкость сладок, восстановил не только все затраченные силы, но и повлиял на душевное равновесие. Ведара впервые за последние годы встала с улыбкой на лице, с удовольствием умылась из бочки во дворе и буквально вбежала в пустой зал, где уже сидели завтракающий сэр Лейврн и Шайенн, который лениво потягивал разбавленное вино и поглядывал в грязное слюдяное окошко.  

- Доброе утро, - сверкая белоснежными зубами, поздоровалась ведьма и плюхнулась на скамью, - м-м, какой аромат, я, пожалуй, буду тоже самое. У вас прекрасный вкус, сэр Лейврн, вы об этом знаете?

Барон едва не уронил ложку, услышав явный комплимент в свой адрес, посмотрел на подгоревшую овсяную кашу и подозрительно уточнил.