Гора Тяньдэншань

Одним словом, он сначала был в полном замешательстве, а потом помог Лун Мин затащить Вэй Цзюньхуна на третий этаж. Своим ключом он открыл дверь одной из квартир, проводил их внутрь, махнул рукой, притворил дверь и, загадочно улыбнувшись, ушел.

Квартира была не сказать что маленькая, стандартная для таких домов – с гостиной, кухней и санузлом. Лун Мин сначала положила Вэй Цзюньхуна на твердый деревянный диван, а потом осмотрелась в поисках подушки, чтобы положить ему под голову. Взгляд ее упал на дверь, за которой, вероятно, была спальня.

Она подошла, повернула ручку, но дверь оказалась заперта. Скорее всего, и у хозяина дома не было ключей от нее. Лун Мин вернулась к Вэй Цзюньхуну и несколько раз спросила его: «Вэй Цзюньхун, Цзюньхун, где ключи? Ключи где?» Но полицейский не отвечал. Тогда Лун Мин решила его обыскать. Сначала она похлопала по левому карману брюк, там лежало что-то твердое, как камень, – скорее всего, бумажник, затем – по правому карману, в котором лежало что-то острое и более твердое, чем бумажник, вероятно, это и были ключи. Лун Мин засунула руку в карман Вэй Цзюньхуна, чтобы их вытащить, и в этот момент он переполошился, будто его ударила молния – крепко-накрепко зажал рукой карман, в котором лежали ключи. Руку Лун Мин, которая все еще была у него в кармане, словно стиснуло щипцами, она не могла пошевелиться, ей было больно.

Вэй Цзюньхун выпрямился, открыл глаза и обнаружил, что он схватил Лун Мин. Он немедленно ослабил хватку, и Лун Мин смогла вынуть свою руку из его штанов.

Взгляд у нее был страдающий и напряженный, она не знала, как объяснить, почему ее рука оказалась в кармане его штанов. Хорошо, пусть даже она собиралась достать ключи, но зачем? Для чего? Спальня – самое интимное место в частных владениях, а здесь ее владелец вдобавок еще и полицейский. Зачем же понадобилось заходить в его спальню, воспользовавшись тем, что он спит?

Но опасения Лун Мин были напрасными: Вэй Цзюньхун был еще более взволнован, чем она. Он ужасно раскаивался в своем грубом поведении, и капельки пота на его лице были тому доказательством.

Он принял любимую женщину за злодея, который собирается напасть на него, украсть его вещи, отнять оружие, хотя в данный момент он был безоружен. Это была инстинктивная реакция полицейского, показывающая его бдительность и ловкость, но вести себя так по отношению к любимой не следовало. Естественно, это произошло из-за того, что он все еще не мог мыслить трезво.