Последняя надежда планеты

- Боже мой… - хрипло прошептал он – Как долго я ждал, когда ты придешь в себя…

Я хотела ответить и спросить, как Энта, но губы сковал невидимый замок, и всё вновь стало расплываться перед глазами, унося меня в пустоту.

Когда я вновь очнулась, то чувствовала себя намного лучше. Я даже смогла приподняться на локте, чтобы осмотреться. В комнате никого не было, и я подумала, не сон ли видела, когда память напомнила об Анторисе. Может, воспаленное воображение нарисовало совсем другие картины? И его не никогда не было ни здесь, ни в той ужасной камере? 

Ко мне не было подключено никаких медицинских приборов, а кровать, на которой я лежала, одиноко стояла возле окна.

Откинув простынь, укрывавшую меня, я медленно встала, немного шатаясь. Нога уже не болела, но когда я внимательно осмотрела ее, увидела два больших шрама. Осторожно сделав несколько шагов по комнате, я подошла к двери. Но едва собралась ее открыть, как она распахнулась сама, и на пороге оказался Анторис. Он выглядел, как всегда, великолепно – короткие темные волосы были аккуратно причесаны, на лице не было следов щетины, только в черных глазах отражалась усталость. 

- Я рад, что тебе уже лучше – приветливо сказал он, улыбнувшись – Только тебе не следует пока много ходить. Доктора сказали, что еще пару дней надо поберечь ногу и соблюдать постельный режим.

Он осторожно взял меня под локоть, заводя снова в комнату и закрывая за нами дверь.

Я с трудом верила, что он всё же здесь, но послушно шла, когда он заботливо усадил меня на кровать, а сам сел рядом. 

- Как Энта? – первым делом спросила я, боясь услышать страшный ответ.

- Это та девушка, которая была с тобой в камере? Не беспокойся, она жива и тоже выздоравливает. Правда, ей досталось намного больше, чем тебе, так что в госпитале ей придется быть подольше. 

С души словно свалился огромный камень, и я облегченно вздохнула. Но был еще один человек, который меня беспокоил не меньше.

Может, не стоило спрашивать о нем у Анториса, но я не могла томиться в неведении.

- А как Эвит? – робко спросила я, боясь навлечь бурю негодования. 

Анторис и правда вздрогнул от звука этого имени, но быстро взяв себя в руки, холодно ответил:

- Он жив и здоров, если тебя это интересует. Хотя я бы предпочел, чтобы он был на твоем месте здесь. И его жизнь висела на волоске, а не твоя.