Палач, скрипачка и дракон

Одновременно распахнулись все окна в доме, дверь – тоже. Что-то громыхнуло, зеленый свет прянул на улицу, ослепляя. Порывом ветра повалило всех, кроме Нильса, который лишь отступил на шаг. Щенок-нюхач, взвизгнув, распался на составляющие и разлетелся по улице, но больше в нем не было необходимости.

– Йу-х-х-ху-у-у-у! – восторженно взвыл кто-то, кого колдовской волной вынесло на крыльцо. – Кажется, я накосорезил так, как никогда в жизни! Наверное, это от святой воды. Да. Да, однозначно, надо отлить. О! Здравствуйте, девочки, а вам кого?

– Синьор Алгиси? – Нильс шагнул навстречу Рокко.

– Согласно нашим сведениям, вы укрываете у себя осужденную на смерть преступницу Энрику Маззарини.

– Я?! – изумился Рокко, прижимая кровоточащую руку к куртке. – Преступницу?! Да вы что! Неужто я бы супротив воли Дио со своим немытым рылом сунулся?

– Вы позволите обыскать дом?

– Он позволит! – взвизгнул Ламберто. – И уж на сей раз от ответственности не отвертится!

Оттолкнув Рокко, младший жрец влетел в дом. Рокко, как радушный хозяин, поклонился и сделал приглашающий жест.

Сначала вошли три карабинера, последним – Нильс. Он задержался, глядя Рокко в глаза, и парень этот взгляд спокойно выдержал.

– Энрика здесь? – тихо спросил Нильс.

– Как можно! – возмутился Рокко. – Нет, конечно. Знать не знаю никакой Энрики, гражданин начальник. Заходите, убедитесь. Отличный шарфик, кстати. Где брали? Тоже бы себе такой прикупил, да увы – мужиком родился.

– Укрывательство преступницы – серьезное нарушение, – еще тише заметил Нильс.

– Аргенто не прикроет.

Рокко на секунду задумался, потом выдал:

– Сколь помню закон, укрывательство преступницы можно доказать, только обнаружив оную во владениях обвиняемого. Проходите, изыскивайте.

Нильс зашел. Впервые оказался он у колдуна дома и остановился на пороге, пораженный царящим в помещении бардаком.

– Я тут мальца поколдовал, – доверительно сообщил Рокко. – Но вы не заморачивайтесь, ребята. Заходите, садитесь. Угостить, правда, нечем, но…

– Ага! – крикнул Ламберто, дальше всех ушедший в глубину комнаты.

– Что, думал, так просто отвертишься? А ну, открывай!

Рокко с готовностью подбежал к шкафу, несколько секунд демонстративно рылся в карманах и, наконец, извлек ключ, которым тут же отпер дверцу.

– Как видите, синьоры, – сказал он, показывая пустой шкаф, – ни малейшего следа Энрики Маззарини.

Ламберто нахмурился и зачем-то опустился на колени, пытаясь заглянуть под шкаф. Вытянул руку, провел ладонью по полу и задохнулся от возмущения.