Прыжок под венец

С вызовом вздернула подбородок, с демонстративным спокойствием глядя на неторопливо приближающегося короля. И только на самом дне ее зрачков метался заполошный ужас.

— На ее месте должна была быть я, — с обидой пожаловалась она. — Я достойна стать верховной жрицей! Я…

— А ты знаешь, что в момент перерождения мне были доступны все мысли окружающих меня людей? — мягко оборвал ее Азиэль.

Зеленые глаза Генриетты стали почти черными из-за неестественно расширенных зрачков. Ого, как она испугалась! Интересно, почему? Неужели втихаря размышляла о всяких гадостях и непристойностях?

— Анна была единственной, кто пожалел меня, — тихо сказал Азиэль.

Остановился около Генриетты и легонько провел пальцем по ее щеке, очерчивая абрис лица.

Наверное, мне почудилось. Хотя нет, я совершенно точно увидела, как ноготь короля вдруг вытянулся, превратившись в длинный заостренный коготь. Таким можно располосовать горло врага от уха до уха, оставив его захлебываться кровью.

Генриетта так гулко сглотнула, что это услышала даже я.

Она не побледнела — посерела от ужаса. И на этом фоне неестественной и чужеродной маской выделялась пудра.

Нет, Азиэль не поцарапал ее. Когда он опустил руку, то на коже гадалки не осталась и следа. Это было своеобразной акцией устрашения. Мол, дорогуша, ты права-то качай, но меру знай. Помни, с кем разговариваешь.

Интересно, о чем же таком жутком думала Генриетта подле короля?

— Перерождение — процесс долгий и очень мучительный, — негромко сказал король. — Я целый год мучился в этой проклятой комнате.

Целый год был вынужден терпеть жжение от мазей и притирок мэтра Тилдстона. Но он хотя бы искренне желал облегчить мою участь. А ты, Генриетта… В твоих мыслях я читал лишь досаду и жадное нетерпение — когда же, ну когда же… Неужели ты так сильно мечтала стать верховной жрицей?

— Ваше величество… — прошелестел голос перепуганной девушки.

Азиэль недовольно дернул щекой, словно прогонял невидимого комара, и Генриетта тут же смолкла.

— Поди прочь, — почти ласково посоветовал он ей.

— Я не хочу тебя сейчас видеть. Не желаю слышать твоего голоса. Я слишком устал от тебя и твоих вероломных идей за прошедший год.

Генриетта попятилась, не сводя глаз с Азиэля. На самом пороге присела в глубоком реверансе, после развернулась и бесшумно шмыгнула прочь.

Всю эту сцену я не сводила глаз с Вэйланда. Любопытно, как он отреагирует на сцену изгнания своей любовницы? Все-таки его и Генриетту связывают более чем близкие отношения.