Тайна острова Незабудка. Мир без обмана

— Иди к другой, от которой пришел! — потерпев поражение, зло рыкнула она.

— Ревнуешь, значит, я тебе небезразличен, значит — любишь, — довольно сделал выводы мужчина, поцелуями убирая слезы на ее щеках, а то в последнее время за холодной маской он стал сомневаться в ее чувствах.

— Люблю, не люблю — какая разница?! Мальтус, ты, когда что кому прощал?

— Вообще-то мы помирились, и сколько можно дуться и строить из себя неприступную крепость?

— Когда мы помирились, что-то я не помню?

— В тот же день, когда и поссорились, точнее ночью, — великодушно напомнил он, но поймав ее непонимающий взгляд, уточнил: — Ты ничего не помнишь? И как вернулась в замок тоже? Сэнта, так нельзя напиваться!

— Постой, ты хочешь сказать, что воспользовался моим положением и мы…

— … помирились, — закончил за нее он.

— И ничем я не воспользовался. Знаешь ли, нечего с другими зажиматься. Ты моя, — прозвучало резче, чем он хотел. — Радость моя, и не один мужчина тебя не коснется. Моя, только моя.

— Я была пьяная, — оправдалась она, проигнорировав его заявление о собственности, посчитав его неуместным.

— Типа, я был трезвым. Весь мозг мне вынесла.

— Бедненький, — фыркнула она, пытаясь выловить разгулявшиеся по ее телу руки. Но вот беда, стоило поймать одну, как другая вырывалась. — Кстати, когда мирятся, утром не убегают.

— Мелкая вредина меня выжила, и я был вынужден удалиться, не дождавшись тебя, но я оставил подарок.

— Розу? Спасибо, я все руку ей исцарапала. Что нормальных цветов не было?

— Она похожа на тебя: безумно красивая, но с шипами.

Сэнта, хватит ерепениться! Ты мне, когда дашь ответ на вопрос: ты согласна стать моей женой?

— А предложение еще в силе? — опешила женщина, даже прекратила отлов шаловливых ручек.

— Естественно, — несколько обиделся мужчина. — Ты быть со мной хочешь?

— Да, — с губ сорвалось раньше, чем она успела осознать, смысл сказанного.

Вот тут король снял со своего мизинца перстень, и пока она не успела одуматься и снова сказать, что вроде и согласна, но давай потом все решим, надел своей избранницы его на безымянный палец.

Естественно родовой артефакт оказался ей сильно велик, но он поднес к губам ее ручку и поцеловал, как сразу кольцо преобразилось: золотой ободок стал тоненьким и изящным, массивный камень перестал быть громоздким, золотая змейка вплотную обхватила пальчик своей новой владелицы. На дело губ своих Мальтус любовался с нескрываемым восторгом. Точно она его проклятье.