Руслана Браун: приключения ведьмы. Другой мир. Часть 3. Ловушка судьбы

– загадочно отвечал Даниэль, выкладывая на пол разные предметы бытового и не бытового пользования: старинный ларец с чернильным пером и скруткой вкусно пахнущего пергамента; древний пенал для разной мелочевки; бронзовая лампа для ладана прошлого века; набор для рукоделия и вышивки; фарфоровые мини-куклы целых три штуки; самодельная оригинальная игольница; ваза с едва заметным сколом у носика; малехонький медный кувшинчик; старинный колокол огромного размера; расческа-зеркальце из черного серебра; подстаканники из непонятного ржавого металла; тут же старинные тиски, бережно обернутые в плотную тряпку, небольшой молоток с пузатым мешком гвоздей; частично сломанный веер, расшитый стеклярусом; да круглый стеклянный шар на толстой ножке, который Руслана сразу узнала.

– О-о, это же шар-определитель! – крикнула она сходу. Даниэль только успел взять его в руки, как подруга уже выдала ответ.

– Именно. Ты с ним знакома?! – удивленно спросил он, вскинув брови.

– Ну да, это прибор, определяющий текущую погоду. – Сумничала она, довольная собой.

– Хочешь сказать, он ответит на мой вопрос?! Так он не указывал месяц, только лишь показывал реальную погоду за окном!

– Покажет, если его запутать. – Пояснил Даниэль, закидывая обратно в чемодан выложенные вещички. – Блин, подержи-ка его! – Он передал Руслане стеклянный шар, принявшись возиться с чемоданом.

И так и сяк вертела девушка в руках хрупкий предмет, но никакого результата не наблюдала. Шар показывал поздний безлунный вечер и едва приглядное покачивание деревьев на ветру.

Ни единым намеком, указывающим на текущий месяц, даже не пахло.

Даниэль удачно упаковал чемодан, после этого запихнул его обратно под кровать. Поднявшись на ноги, отряхнул руки от пыли, скопившейся на крышке, и, лукаво улыбнувшись, сказал:

– Дай, ты неправильно действуешь.

– А как нужно?! – спросила Руслана, передав ему шар-определитель.

– Его хорошенько встряхивают!

Даниэль засучил рукава по локоть, принявшись с усилием махать рукой в воздухе, точно тряс детской погремушкой или даже бубном, с той лишь разницей, что шар-определитель не издавал посторонних звуков.

Реакция прибора на механическую манипуляцию не заставила себя долго ждать. От сильной тряски былое изображение мгновенно рассеялось, заполонив все внутреннее пространство белым облаком.

Когда Даниэль перестал раздувать предметом ветер и вернул его в спокойное положение, временно создавшееся облако преобразовалось в четкие показатели. Прибор буквально на глазах перезагрузился.