Суженая для Тёмного. Попаданка из пророчества

Слушай, но ты же сумел направить мою магию, чтобы она сдавила горло мачехе!

В глазках-бусинках мелькнуло нечто, похожее на жалость.

– Всё не так. Я советую, а ты делаешь. Если получается – то получается. Если нет… то нет.

Он одним махом проглотил подарок и сочувственно покачал головой:

– Зря ты это выведала. Теперь будет сложнее. В тебе нет веры в себя, не чувствую я её. У тебя получалось, потому что ты думала, будто я помогаю, и верила, что из-за моей помощи магия действует. А делала всё сама. Эх…

Ну да… Чистая правда.

– Сиг, я постараюсь. Сделаю всё, что в моих силах, и даже больше. Мир?

– Мир! – воскликнул кахтул и ударил мягкой лапкой по протянутой ладошке.

К счастью, Хэч перед внезапным побегом успел развести костёр, так что я подкинула хвороста, потом наломала лапника, соорудила постель и улеглась спиной к потрескивающему огню, не переставая вздрагивать от мало-мальского ночного шороха.

Вглядываться в лесную темноту было страшно до ужаса, но закрыть глаза – ещё страшнее.

– Сиг, ты хотя бы почуешь, если приблизится кто-нибудь посторонний?

– Почую, – успокоил зверёк, свернувшийся калачиком возле меня, – если проснусь.

Н-да… Защитничек.

Думала, что так и встречу бессонный рассвет, но мерный шелест листьев и переливчатое стрекотанье насекомых сделали своё дело – веки постепенно потяжелели, и я не заметила, как уснула.

Вопреки намёкам Хэча, ночью ничего страшного не случилось. Своих демонов мне удалось победить (хотя бы на время), а лесные знакомиться не пожелали. Ну и прекрасно.

Но наступившее утро, кроме солнечного света и приятной свежести, принесло новую проблему – ложился Сягур в обычной расцветке, а проснулся пятнистым. Жёлто-зелёно-коричневым.

– Сиг, что с тобой? Си-иг!

Кахтул на мои вопросы не отвечал – сидел, обняв лапами пушистую голову, смотрел в одну точку и приговаривал безостановочно:

– Риска… Риска… Рисочка… Риска…

– Сиг, да что с тобой такое? Ну?

Я подняла помощника на руки и хорошенько встряхнула.

– Что случилось? Почему ты вдруг полинял?

Зверёк поднял глаза-бусинки, в которых читался откровенный ужас.

– Это линька перед спячкой… Я совсем забыл, что кахтулы впадают в спячку.

Ой-ё… Первая мысль, которая пришла в голову – как же я его потащу? Тяжеленный, аки пудовая гиря. Ну, почти пудовая.