Академия боевых заклинаний

Мэгги взвизгнула и побежала вдоль болота, бегемот естественно устремился за ней, а за ним гурьбой помчались все студенты, топая, как стадо слонов, ломая ветки и крича, словно орангутанги.

Я с интересом ждала исхода такого знаменательного действа, но вдруг услышала, что вопли превратились в истерические, а топот стал приближаться ко мне. С выпученными от ужаса глазами, бестолочи появились из-за деревьев, и с поражающей скоростью спрятались за мою такую могучую и широкую спину. Очень существенная преграда, да, многим студентам я не доставала даже до плеча.

А потом из-за деревьев, покрытых изумрудным мхом, выпорхнул счастливый бегемотик! Я резко выставила руку вперед, и нос сизилла расплющился о прозрачный щит. Все замерли: сизилл от удивления, почему он не может сжевать мою руку, студенты от шока.

— Медленно обходим сизилла сзади, и накидываем магическую сеть, — быстро скомандовала я.

Что было студентами выполнено без промедления, и вот, наконец, разобиженная и пытающаяся вырваться животинка поймана — сидит окутанная магией, издавая всхлипывающие звуки.

— А теперь разбор полетов. С командной работой вы не справились, я говорила ловить, а не дружно убегать! За это выговор и завтра все без исключения будут драить дом, баню и туалеты! Все. Теперь идем в лагерь.

С приунывшим видом от таких перспектив, таща за собой по воздуху еще больше скуксившегося бегемота, даже переставшего так ярко сверкать, мы пошли по тропинке.

Сизилла мы устроили во дворе, в просторной клетке, поставили ему чан с водой и дали огромную тарелку с сырым мясом.

Но он отвернулся от нас мордой к забору, и полностью закрылся крылышками, грустно вздыхая.

Каждый день студенты старались подсунуть сизиллу что-то вкусненькое, но он все чах. Днем в основном спал, а ночью крылья светились все меньше и меньше.

Однажды, поздно ночью, выйдя прогуляться, опять мучаясь от бессонницы, я увидела Ларгуса, сидевшего на траве возле клетки сизилла. Подошла к парню и спросила:

— Ларгус, что ты тут делаешь?

— Магистр Дюпрэ, сизилл болеет? Он почти больше не светится.

— Ларгус, он в неволе и отказывается принять такие условия, поэтому и перестал есть — не хочет так больше существовать. Жизнь тем и ценна, что она есть здесь и сейчас. Ты можешь ей распоряжаться, делать что нравиться, наслаждаться свободой и выбором. А когда это исчезает — не зачем становиться и жить. Вот в чем смысл, Ларгус. Жить здесь и сейчас! Ты молод, здоров, свободен и у тебя есть выбор. Этим и нужно дорожить.