Случайный отбор, или как выйти замуж за императора

Наверное, она бы вывалила на нас всю подноготную Рози, но тут ведущая, среагировав, чуть ли не силой вырвала микрофон и отдала его последней девушке, Одри Коул, шатенке в открытом черном платье.

Кандидатки закончились, и когда дверь распахнулась, я уже было решила, что его величество прибыл, и мы наконец-то начнем завтракать. От блюда с вафлями, стоящего неподалеку, до меня долетал одуряющий аромат, и еще ужасно хотелось сделать глоточек горячего кофе.

Однако в дверном проеме оказалась всего лишь императорская фрейлина Амброзия Бромвис в лимонном костюме с юбкой до колена.

Промаршировав до стола размашистым шагом, женщина объявила, что мы еще не готовы к встрече с императором, и сейчас она обучит нас делать реверанс. После этого нас заставили встать и битые полчаса приседать, заводя одну ногу за другую, пока я не возненавидела все на свете.

Первыми в моём списке ненависти шли желчная фрейлина, которой все не нравилось, как мы приветствуем правителя — его роль играл пустой стул во главе стола. Затем — сам император.

Пусть уже появляется, и мы сможем поесть! Готова взять назад свои вчерашние размышления о том, что при правителе мне кусок в горло не полезет.

Наконец, даже не глядя на часы, рина Бромвис торжественно объявила:

— Ужасно! Но больше у нас нет времени. Император вот-вот прибудет!

И в эту же секунду стрелки часов за ее спиной указали на десять утра, двери распахнулись, и, развернувшись, фрейлина скомандовала:

— И… реверанс!

Мы, как натренированные собачки, послушно присели и замерли, в то время как зычный голос от дверей объявил:

— Его императорское величество Лиам Себастиан Кастенгер!

Глава 5

Гулкие шаги по паркету, и в упавшей на столовую тишине мы услышали правителя, с которым я вчера уже имела удовольствие встретиться:

— Рины! Добро пожаловать во дворец!

Император говорил негромко, но его голос разнесся по столовой и возымел самый неоднозначный эффект на девушек: те принялись краснеть, бледнеть и прерывисто дышать, прижимая руки к вздымающейся от волнения груди.

Даже у меня что-то дрогнуло внутри, только не от волнения, а от проснувшегося в присутствии правителя страха. Ох, а ведь другие девушки не знают, какой он на самом деле бесчувственный и властный тип! Их-то он вчера не запугивал…

Тут фрейлина выпрямилась, мы последовали за ней — и увидели императора собственной персоной, стоящего перед столом. Вернее, все другие девушки увидели. Я же, дрожащей рукой надвинув очки на нос, смогла разглядеть лишь вытянутое темное пятно.