Ловушка менталистов

— О чем она, Блэр? — не желал отставать драконище. — Что ты увидела?

— Подождите, — раздавала указания пеструшка. — Дайте ей отдохнуть несколько минут, и она все расскажет.

Ты моя хорошая, как иногда греет душу, что у тебя столько заботливых друзей рядом.

Я промычала что-то нечленораздельное, но магия Квоки, передавшаяся мне, придала сил.

— Не ругаться, не драться, не буянить, — протараторила я, пытаясь собраться с мыслями.

Еще мой дедушка когда-то говаривал, что разъяренных мужчин останавливает две вещи: полуголая женщина и болеющая женщина.

— А обзываться-то можно? — как-то обескуражено спросил Крейвен.

На него тут же уставились четыре пары очень злых глаз. Шутка Роудсона не пришлась по душе дознавателям, стражнику и курице. А зря, я бы разрешила.

— Стоп, болезные! — все-таки встала и махнула в сторону двери. — Полог тишины, естественно сама тишина и полное погружение, — скомандовала я.

— Блэр, а болезные-то почему? — не понял меня ближайший друг.

Почему, почему, потому что психические здоровые себя по-идиотски не ведут.

— Крейвен, это сейчас самая важная тема для разговора? — расширила свои глаза. — Или займемся чем-то более значимым?

— Нет, просто ты тут валяешься. Этот ящер рядом, ты в крови, что я должен думать? — пытался оправдаться владелец казино.

— Ну, положим, что дес Сеймур мне в нос не давал, — еще раз протерла ладонью над губами, убирая остатки крови.

— Как он мог такое подумать? — возмутился дракон, наблюдая за моими действиями.

— А вот с этого места поподробнее? — тут же встрял Эллиот.

По ощущениям, я снова в общежитии академии, где тебя мог подслушать любой желающий.

— Потом, — Уилл отмахнулся от друга. — К слову не пришлось.

— Вы были при смерти? — ужаснулся Гордон.

Говорят, что в полной неразберихе ты можешь прочувствовать сущность всего бытия. Врут. Я прочувствовала желание убивать и вскрывать скальпы. По слухам в Аридии обитало племя, занимавшееся подобным.

— Тихо, я сказала, а то начну колдовать и взрывать бошки! — на ультразвуке, держа одну и ту же интонацию и ноту, высказалась, магией усилив остатки голоса.

К моему вящему удивлению, все вжали свои несчастные черепушки и замолчали. Видимо, слова Роудсона не остались без внимания. Все поверили в этот фарс.

— А в гневе ты страшна, — мысленно заметила пернатая.

— Деваться некуда, — мрачно ответила ей. — Иначе бы не замолчали.