Посольская школа - 2. Душа Сокола

Что ещё?

Я погрузилась в записи, поэтому не сразу заметила коробку с бантом на столе. А рядом — огромный букет белых роз.

— Быстро же Сокол вернулся к ухаживаниям, — улыбнулась я, откладывая конспекты в сторону. Дёрнула за ленту, распаковывая подарок. — Что у нас тут?

Белоснежное платье из изумительно гладкого шёлка. Такая ткань стоила целое состояние, я давно мечтала сшить себе подобный наряд.

— Как он узнал?

Я приложила платье к груди и закружилась по кабинету, как делала в детстве. Папа дарил мне новые платья, а я радовалась, примеряя их перед зеркалом.

— Это ещё не всё? — вытянула я шею, заметив на дне коробки блеск камней. — Ох, святые предки!

Сокол нашёл поистине невероятные книги. Едва ли не единственные в своём роде. Запрещённые в клане ведьминские труды о правах женщин.

— Манифест свободной и независимой, — читала я вслух названия обложек. — Жизнь без мужчин. Рассуждения о мироустройстве, свободном от войн, насилия и агрессии.

А ещё два галантных романа, где главными героинями любовных историй были как раз такие женщины.

— Умеют же ведьмы и работать, и развлекаться, — выдохнула я, едва соображая от счастья, где в кабинете пол, а где потолок. Комната кружилась перед глазами. — А лин глава охраны и лучший убийца клана полностью реабилитирован за ромашки!

Но на самом дне коробки нашлась короткая записка.

«Чтение ваших мыслей доставляет мне удовольствие, лина Амелия. Они прекрасны так же, как и вы. И заметьте, пожалуйста. Мой опасный для окружающих дар лично вам не причиняет вреда.

— В бездне я видела такие сюрпризы! — выцедила я сквозь зубы и скомкала записку. — Напыщенный индюк! Удовольствие ему доставляет, видишь ли! А о личном пространстве ты что-нибудь слышал? О свободе? Нет? Попадись мне только — расскажу подробно!

Я закинула платье в урну и пнула её. Руки дрожали от злости. Магия искрилась в воздухе, грозя вырваться наружу спонтанным выбросом. Пришлось задержать дыхание и зажмуриться.

— Ты мне за каждый поцелуй ответишь, — шёпотом пообещала я, медленно выдыхая. — За каждый, Франко Гвидичи!

Букет полетел в урну вслед за платьем. Белые лепестки вздрогнули и рассыпали росу, бумага помялась. Я вцепилась в «Манифест свободной и независимой», но выкинуть его не смогла. Проклятье, столько лет мечтала! Украдкой подслушивала, как ведьмы на главной площади Фитоллии обсуждали его. Цитаты казались глотком свежего воздуха среди душной атмосферы моего клана.