Легенда о слепой любви и тумане мести

Слова могут быть слаще сахара, это Нин Цзе давно осознала. Подобные слова скрывали чужие злые умыслы, за которые потом приходилось расплачиваться другим. Нин Цзе за столько прожитых лет могла различить в чужих словах искренность и притворство. И от сказанных Ан Хуном слов она не почувствовала фальшь, что делало их намного более откровенными и смущающими.

— Не зря вокруг так много вздохов и шёпотов. Вы, молодой человек, видимо, не только красивы, но и ещё недурны нравом.

— Не смущайте меня, шицзунь Ци, — ответил Ан Хун, не скрывая своей уверенности и ничуть не смущаясь слов.

Часть прогулки они прошли молча, вокруг не было ничего примечательного. Только спокойные и слабые души обычных людей. Приближаясь к краю деревни, Нин Цзе стала ощущать присутствие чего-то, наполненного энергией Инь, но пока внутренний глаз не сумел обнаружить точное местоположение. Худые руки Нин Цзе напряглись — она ждала, когда явится виновник или виновники появления роя. Ан Хун заметил напряжённое состояние наставницы, но не изменил своему спокойствию и даже не стал осматриваться по сторонам.

— А что сделают с тем человеком, которого мы поймаем? — тихо спросил Ан Хун, наклонившись к Нин Цзе.

— Всё будет зависеть от господина Мина. Могут отправить в ближайший заклинательский клан, а там его душа будет подвергнута испытаниям.

— А могут отправить в залы наказаний?

Нин Цзе мгновенно застыла. Многие знали о залах наказаний, потому что его существование не являлось тайной. Но обо всём остальном, касающемся этих залов, никто, кроме просвещённых, не мог знать.

Никто из живых, не принадлежавших к лику небожителей и глав трёх заклинательских кланов, не должен и не может знать о том, что идёт после зала наказаний.

— Не стоит спрашивать об этом никого, — ещё тише, чем раньше, сказала Нин Цзе.

— Почему?

— Потому что только сильные мира сего могут знать тайны, хранящиеся… — Она остановила себя от продолжения.

Ей не позволено говорить о большем, даже если она и знает тайны.

За ней в любой момент мог кто-то следить, а из-за сказанных ранее слов кто-нибудь просвещённый мог догадаться о тайне, скрывающейся за оболочкой слепой заклинательницы. Сейчас она и так позволила себе чересчур многое. Ослабила бдительность и расслабилась из-за того, что ведущий её за руку Ан Хун приблизился к черте и даже смог смехом отвлечь её от других проблем.

Многие задавались вопросами о залах наказания, но также эти многие боялись узнать правду.