Роковой зов

Когда Алекс чем-то сильно увлечен, остальной мир должен остановиться или не мешать. Впрочем, в этом вы с ним похожи, не так ли, дорогая?

Лекси позволила себе скромно улыбнуться в ответ.

- А конверт мне передал Нил Треверс, с ним связался секретарь Алекса сегодня утром.

Неожиданно дяде стало плохо, он схватился за сердце и стал заваливаться вперед. Они с Эдди едва успели его подхватить.

Короля отнесли в гостевые покои и прибывший вскоре семейный лекарь диагностировал сердечный приступ. Правда, через пару часов дядя почувствовал себя лучше и отправил их с Эдди на праздник, ведь кто-то же должен был представлять там королевскую семью.

Волнения за короля отвлекли Алексию от подруги и сделанных ею выводов. Однако, вернувшись в зал, женщина тут же выхватила взглядом из разношерстной толпы свою студентку и, извинившись перед Эдрианом и гостями, решила действовать, больше не тратя время на ненужные размышления. Тамиру же нигде не было видно.

Алексия только и успела удивиться тому факту, что Янина пришла на бал в паре с Реджинальдом Ревенфордом, и что вокруг них образовался своеобразный круг отчуждения.

Их с Ниной взгляды пересеклись и на лице свой студентки Лекси увидела, вероятно, тоже удивление, что наверняка отразилось на ее собственном. А дальше последовала целая группа взрывов. Алексия снова активировала артефакт-защиты, вот только она быстро поняла, что на этот раз он ее вряд ли спасет.

Ведь вместо разрушений, взорвавшиеся кристаллы принесли с собой медленно и неумолимо расползающуюся по всему залу темную плотную дымовую завесу. За несколько минут она окутала всех гостей и погрузила огромное помещение в непроглядный мрак.

Но и это оказалось не самым страшным. Сначала люди кричали и метались, сбивая друг друга, стремились покинуть бальный зал. Когда же черная пелена накрыла людей с головой, недолго Алексия слышала шум, плач и звуки борьбы, очень быстро наступила зловещая тишина.

Несколько секунд ей казалось, что она осталась в помещении в полном одиночестве. Невозможно было разглядеть ничего дальше собственного носа. Не было никакой возможности перемещаться в таком необъяснимом сумрачном тумане. Вот только не могли же все гости разом замолчать и не издавать никаких звуков? Это же живые люди, в конце концов.