Избранный чёрным солнцем

– Миша, ты выше банальной мести, зачем тебе это?

- Из-за этого человека я чуть не потерял всё, что мне было дорого! – начал закипать я, подумывая, а не связать ли мне и светлого, чтоб не мешался под ногами. Хотя он быстро выберется из своих пут или устроит мне какую другую подлянку.

- Я понимаю твои чувства, тёмный, но ведь оно не стоит того. Месть не принесёт тебе покоя, а оставит после себя только горечь, – глубокомысленно заметил святоша. – Каждый человек заслуживает шанса на спасение!

- Ну давай! Давай отпустим того, кто причастен к заговору против императора и всему тому пиздецу, что надвигается! Хули нет, когда да! – разозлился я, находя нужную нить в своём заклинании.

- Тогда мы должны придать его справедливому суду и поступить с ним по закону! – высокопарно заявил Ярослав.

Чёрт, меня начинает бесить этот агнец со своей тошнотворной философией!

- Так я и поступлю с ним по закону! – я потянул одну из видимых только мне нитей заклинания и кокон начал стремительно стягиваться всё плотнее.

Убийца в ужасе забился в моих путах, ещё туже затягивая силки, сжимающие его тело, словно питон свою добычу.

Раздался хруст сминаемых костей, заглушивший даже вопли раненных людей внутри развороченного склада. Глаза убийцы в последний раз расширились от ужаса, прежде чем нити полностью оплели его тело и сжались в комок, превращая тело отморозка в мешанину костей, крови и прочих внутренностей.

- Михаил, ты опасен для общества, – заявил святоша, сбрасывая полог со своей силы. – Только общая угроза оправдывает твоё существование и останавливает меня от того, чтобы очистить землю от подобного человека!

- Это была бы интересная драка, – хмыкнул я.

– Но закон гласит, что предатели должны быть убиты, так или иначе. Так что я действовал в рамках закона.

Я заглянул внутрь затихшего склада, не обращая внимания на причитающего светлого. Кто он такой, чтобы судить мои дела?! Это моя жизнь и мой выбор. Меня должны бояться, иначе кто-то рано или поздно попытается отнять у меня Милу и тех, кто мне дорог, а я не могу этого допустить.

Согласен, я поступил жестоко, но для этого ублюдка такая смерть была даже слишком быстрой и лёгкой. Он чуть не убил меня, украл у меня Милу, убил мою сестру особенно изощренным способом, и я должен был его простить и пощадить? Да никогда в жизни! Пусть святоша прощает своих врагов, а я буду поступать так, как считаю нужными.

- Миш? – спросил он, заглядывая за мной в складское помещение, охваченное огнём и ползающими раненными.