Избранный чёрным солнцем

У меня к тебе небольшой разговор, – отец, стоявший у окна, кивнул на венецианское кресло черт знает какого века (вся мебель во дворце была раритетная и фантастически дорогая).

- Угу, – кивнула я, уныло плюхнувшись на сиденье.

Неужели он всё-таки решил меня отчитать? Или ему не понравилось то, что я теперь занимаюсь физической подготовкой вместе с гвардейцами?

Отец подошёл к своему креслу и сел напротив меня.

- Мила, – при упоминании моего нового имени он болезненно поморщился, но что обнадеживало – хотя бы его запомнил.

– Я разорвал твою помолвку с германским принцем.

- Это радует, – искренне улыбнулась я, хотя прекрасно понимала, что всегда есть какое-то «но». – Но я тебе нужна для чего-то ещё?

- Не говори о себе как о вещи, – нахмурился отец, впрочем, сказав это без всякой строгости. – Ты моя дочь, и только тебе теперь решать - кем тебе быть и что делать.

- Пап? – насторожилась я. – Ты что, хочешь меня изгнать?

- Нет, что ты! – возразил отец.

– Боже упаси! Чтобы я посмел так поступить со своим ребёнком?!

От его слов меня скрутила судорога, и вновь перехватило дыхание от боли. Я сдавленно захрипела, силясь вдохнуть, а отец подскочил ко мне.

- Врача! Живо! – крикнул он в коридор, а тем временем меня отпустил приступ божественного влияния.

- Пап, – хрипло выдохнула я. – Я же тёмная! Постарайся не упоминать Его имени при мне.

- Дочь? Что с тобой такое? – в глазах отца плескался испуг. – О чём ты?

- Я тёмная… – повторила я и указала на свою изменившуюся татуировку на шее.

– Причём - отмеченная тёмной богиней. Дальше подумай сам.

- Такого просто не может быть! – отец внимательно осмотрел мою метку, и волосы на его голове зашевелились. – Я думал, что чёрное солнце - это просто клеймо, которым в старину метили чёрных магов!

- Ага, пап, – уже спокойным голосом ответила я. – А ещё Михаил Павлович Романов умер хрен знает когда и не гуляет по миру в облике упыря.

- Дочь, с тобой точно всё в порядке? – отец положил руку мне на лоб, и заглянул в глаза, но не обнаружил ничего необычного.

– Какое отношение имеет опальный родственник к нежити и к твоему недугу?

- Я видела его, пап, – усмехнулась я. – И он действительно жив, хотя его существование нельзя назвать жизнью в полном смысле этого слова… Он учил меня вместе с Михаилом. Он же и рассказал о важности физической подготовки, особенно во время второй инициации.