Санклиты 5. Карающая длань

– Воздух мой!

– Ты тоже не забывай дышать! – с улыбкой парировала я. Боль усилилась, но, как ни странно, стало легче – словно открылось второе дыхание. Я чувствовала, что осталось немного, и готова была на все, чтобы облегчить малышам путь в этот мир.

– Уже почти, дочка! – прошептала Руфь, когда после сильной потуги я откинулась назад, тяжело дыша и прижавшись спиной к груди мужа. Она осторожно положила мою руку между ног, и я нащупала мягкую головку сына. Мокрые завитки его волос под ладонью – это ощущение не забыть никогда! Счастье прорвалось наружу смехом и слезами.

Еще одна потуга – и он лежит на моей груди, укутанный в рубашку отца, моргает ярко-голубыми глазенками с крохотными васильковыми пятнышками и смотрит прямо мне в душу. Все звуки отошли на задний план. Тишина. Только мы двое во всем мире.

– Здравствуй, сын! – прошептала я срывающимся голосом.

– Саяна, – вплелся в наш уютный кокон мягкий голос Горана. На кровать сел Антон. Кивнув моему санклиту, я помогла ему переложить малыша на дрожащие руки мужчины.

И…

Этот момент долго вспоминался мне потом. Ощущение полной нереальности происходящего. Теплый золотистый свет, укутавший нежными потоками комнату. Антон, поглаживающий животик юного Драгана, который с пресерьезным выражением на розовом личике смотрит прямо в глаза человеку, который хочет отдать все годы, что у него остались, чтобы он жил. Малыш улыбается. Время замирает. И…

Все. Ничего не произошло. Антон остался жив.

И наш с Гораном сын тоже.

– Это чудо! – ахнула Руфь.

– Любимая! – рыдая, Драган вернул малыша в мои объятия.

Крепыш сразу же нашел грудь и с тем же серьезным личиком начал деловито сосать молозиво, очень полезное для новорожденного, заодно стимулируя выход последа. Легкие схватки, после которых родилась плацента, я даже не заметила, поглощенная разглядыванием сына. Только сейчас осознала, что у него светлые кудряшки. Похож на мою маму.

– Копия ты! – прошептал муж, улегшись рядом с нами.

– Саян.

– Саян? – я улыбнулась. – Уже выбрал имя?

– Выбирать тебе, любимая моя. Могу лишь предложить.

– Согласна.

– Спасибо, родная, за все! – мужчина нежно поцеловал меня, потом осторожно прикоснулся к пухлой щечке ребенка. – Он прекрасен, воздух мой! Саян Драган. Наш сын.

Крепкие объятия любимого усилили эйфорию в моей душе. Всегда буду помнить это ощущение – полнейшего счастья, любви и безопасности.