Я — фанатка

В груди кольнуло — он стал ещё красивее. Разве это возможно? Но вот он, в форменном тёмном камзоле и штанах, на плечах приколота короткая мантия. Едва тронутые загаром изящные кисти и лоб, проступившие на щеках ямочки, которые до этого только угадывались.

Филипп оставался прекраснейшим творением магии.

Направляясь к своему столу, он посмотрел в мою сторону — наши взгляды встретились, — и вот он отвернулся, снова глядя перед собой.

Всего на миг я ощутила его затрепетавший негодованием огонь.

Ничего, я всё понимала и приняла неминуемое. У меня была пара месяцев, чтобы подготовиться. И всё равно встреча ударила больнее, чем я ожидала.

Сложно было представить, что я считалась хозяйкой этого совершенства почти полгода — судьба была ко мне слишком щедра. И теперь за эту щедрость я расплачивалась пониманием, что моё с ним время закончилось.

Я подавила вздох.

Ребята уселись за стол и принялись о чём-то болтать. Я была рада тому, что им удалось помириться с Филиппом: было бы несправедливо наказывать их за желание помочь и мои решения.

Вблизи возник Григорий. Он двигался к парням со своим подносом, когда я уловила странное выражение на его лице. Он был хмур и напряжен. Ребята заметили его, их разговор оборвался, они следили за его приближением.

Григорий прошёл мимо и двинулся дальше. Остановился рядом со мной. Поставил поднос, сел.

— Привет, — процедил он, явно пребывая в плохом расположении духа.

— Привет.

— Можно, я сяду?

Я окинула крупную фигуру, плотно занявшую стул рядом.

— Конечно.

Он принялся есть, напихивая в рот отбивные вперемешку с салатами.

— Как дела? — спросила я погодя.

— Отвратительно, — Григорий не любил юлить и уворачиваться, но дальше объяснять не стал, — у тебя как?

— Как у свежепохороненной невесты, — я натянуто улыбнулась.

Григорий хрюкнул, подавившись чаем.

— Ты прости, но примерно так ты и выглядишь, — он окинул меня взглядом, но без всякого желания задеть.

Да, лето, проведённое в тоске по Филиппу, вряд ли добавило свежести моему лицу. Трения с отцом выжали последние всполохи сил, оставалась только магия. Я тянула её извне без зазрения совести, чтобы продолжать двигаться, разговаривать и худо-бедно соображать.

Я пожала плечами, ощутив, как между нами треснул лёд.

— Марта, — обратился ко мне парень и по тону его низкого басовитого голоса я поняла, что вопрос будет не праздным.