Олимпия

— И что же за профессия тебя так заинтересовала? Историк? Искусствовед? Адвокат?

— Религовед.

Луиза резко остановилась и удивленно вскинула бровь. В ее взгляде я не смогла прочесть те эмоции, которые она испытывает. Я остановилась рядом с ней и ждала, каков будет ее вердикт.

— Ты удивительная девушка, Олимпия. В наше время редко встретишь человека, который выбирают такую профессию. Она достаточно сложная для восприятия. Вы же проходите многие религии, верно?

— Да, всевозможные. В некотором плане мы достигаем и многих мифов.

В общем-то, я не пожалела о выборе профессии.

При разговорах о моей профессии я всегда вспоминаю мистера Коуча. Ведь если бы не он, все в этом универе казалось мне ужасно скучным. Его подача материала выше всяких похвал. Он лучший в своём деле.

Мы продолжили идти. Эврит пропал с поля зрения с концами, но исходя из спокойного поведения Луизы, означало что он вполне себе самостоятельный мальчик.

— Твои родители должны гордится такой дочерью. — Во взгляде девушки читалось уважение.

Но я отвела свой, на что Луизу кольнуло небольшое сожаление, возможно даже где-то досада.

— Они гордились. — Я натянула на себя улыбку и повернулась к ней. Она сразу же поняла. Ее губы застыли в немой «О», она едва ли успела сказать слово, как я ее перебила:

— Если ты надумала сейчас извиняться, не нужно. Ты ведь не знала, а как показывает практика, все в жизни предугадать нельзя.

Девушка промолчала. Она смотрела в сторону животного, который радостно мчался к нам, ведь нам оставалось всего пару метров до моего дома.

III Истина

Втроём мы вошли в прихожую. Луиза с трудом сдерживала Эврита, который повадился разнести мне половину дома. Я провела их к себе в ванну и дала самое большое полотенце, которое только нашла. Пока девушка отмывала собаку, я ушла в комнату, чтобы переодетая.

Погода стала ухудшаться, небо снова затянуло тучами, которые грозились вот-вот разреветься и осветить небосвод своими яркими и могучими молниями.

В первую очередь я расчесала волосы и заплела их в две косы.

Я не любила наносить много макияжа, поэтому для меня абсолютно хватало поправить брови и нанести прозрачный блеск. Длинные и густые ресницы у меня пошли в мать.

Из шкафа я достала чёрную вязанную кофту, джинсы и шарф. Все это дополнила кожаной курткой, внутри которой был тёплый мех. Когда я вышла в прихожую, Луиза и Эврит уже были готовы.

— Так быстро высох? — Я удивленно осмотрела уже аккуратно ухоженного пса.

— Он да, а я вот вся мокрая, благодаря ему.