Олимпия

— Глаза Луизы забегали, по помещению, она цеплялась за любую вещь, только не за мои глаза. — Не лги мне Луизиана Телла. Я никогда не предам твои секреты, клянусь.

Я наклонилась к Луизе ближе. Чтобы она смогла ещё больше доверится мне. Видно ее что-то глушило, о чем она никому не могла сказать.

Я уж точно знаю. Мне это хорошо знакомо.

— Меня давно глушит вина за то, что Атрей так ведёт себя с тобой. — Что ж, такого поворота я не ожидала. — Когда меня отправили на задание, я была уверена, что он более-менее отступит от своего упорства.

Ведь у нас такое было с Вольтом. Когда я была влюблена... Он вёл себя так же, но потом смерился. Это было намного быстрее, чем происходит сейчас. Нам всем сейчас сложно. Атрей переживает за волка, Вольт за меня, я за тебя и...— Она осеклась, проверяя почву, не достаточно ли я услышала, чтобы понять. Но я не знала о ее прежних романах. К сожалению, мне не удавалось поговорить с ней как обычным девочкам-подросткам, о подонках, которые разбили им сердце или о девчонках – стервах, которые задирали нас.

— И? — Спросила я.

— И за Гоала.

Мои глаза округлились и видно Луиза пожалела о том, что рассказала, потому что она совсем поникла взглядом.

— Луиза, не расстраивайся, ладно? — Я решила быстро исправит ситуацию и подбодрить ее. — Я не знаю всей ситуации, лишь то, что когда-то они передали вас. Но может, было что-то такое, чем Гоал смог тебя зацепить?

— Было.

Луиза потянулась за второй бутылкой алкоголя, потому что первая уже давно иссякла.

Она ловко открыла бутылку и разлила по стаканам.

— Олимп, поверь, он был чутким, внимательным, он был...

— Обаятельным?

— Да. — Горестно ответила девушка. — Мы встречались с ним, проводили все время вместе, пока он не решил передать нас. Меня. Я никогда не забуду эту испепеляющую боль внутри. Как она прожигает тебя, заставляя сначала придумывать ему всякие оправдания, давать себе надежду, но после, разбиваться как в первый раз. Потому что не было этому никакого оправдания, понимаешь? После появилось лишь желание его смерти.

— Так вот почему они тебя отправили, да? Проверить, чувствуешь ли ты к нему что-то? Доказать свою верность.

— Сейчас идут тяжёлые времена, рано или поздно все пройдут это испытание. Мое – Гоал. Никто не хочет повторить той участи, которая произошла почти двадцать лет назад.

Да. Почти двадцать. В этом месяце мне должно исполниться двадцать лет, поэтому мой день рождения для исполинов не праздник – а день траура.