Стань моим мужем, дракон!

— У меня своего рода профессиональная деформация: могу определить годного воина буквально по пальцам, и я удивлен. Чем вы занимаетесь, Геррах?

— Торгую шелком, — ответил он, высвобождая ладонь.

Филипп тонко усмехнулся.

— Нет, — возразил он. — У вас рука опытного, умелого воина. Я даже скажу вам комплимент, который мало кто от меня слышал: если бы вы вдруг решили поучаствовать в горячих играх, я бы поставил на вас.

— Благодарю. Но я торговец. Теперь. Раньше бывало всякое.

Я мысленно возблагодарила богов: Геррах не стушевался, не принялся мямлить, хотя все сходу пошло не по плану.

— В вас есть драконья кровь, — утвердительно произнес Филипп. — Перед вашей фамилией точно нет приставки «дра»? Уверен, если хорошенько вас поскрести, можно найти пару чешуек.

— К счастью, у меня ничего не чешется, — отрезал Геррах. — Амедея, ты надела мое любимое платье…

Он взял мою руку и коснулся ее губами, и моя магия позволила ему это. Рабский браслет все так же обхватывал смуглое запястье Герраха под рукавом белой рубашки, но я мысленно добавила разрешение касаться меня — и все получилось.

Если бы сейчас его швырнуло о стену, это был бы эпичный провал.

— Что ж, все в сборе, — сказала я с радостью, которой не испытывала. — Прошу к столу.

Гости вошли в голубую комнату, где накрытый стол уже сверкал приборами и хрустальными бокалами. Я использовала простенький артефакт, и здесь было свежо и даже прохладно.

— Магия, — заметил Филипп, снова как будто принюхиваясь.

— Мой покойный брат был магом, — охотно пояснил Конрад.

— Но ты и так это знаешь. От него остались кое-какие безделушки, я все собираюсь сделать опись, но дела… Садись сюда. Амедея, а ты рядом с гостем.

Но Геррах подвинул для меня стул галантным жестом, от которого я не смогла его отучить, и сел рядом. В итоге мы с ним оказались по одну сторону стола, а дядя с женихом — по другую, словно противники. Тетя заняла оставшееся место в голове стола как судья, или игрок, не выбравший команду.

— Пахнет чудно, — похвалил Геррах. — Снова ягненок? Молли, ты сегодня свежа как роза, — добавил он с неожиданной фамильярностью.

— Новое платье? Очень тебе идет.

Тетя зарделась одновременно и от злости, и от удовольствия.

— Да, — выдавила она. — Мы с Амедеей прогулялись вчера. Выбрали обновки.

Она выбрала — и теперь во всех этих оборках и кружевах и правда смотрелась цветочком. А пока тетя крутилась в примерочной, я разузнала, что корабль до Эркайи отправляется уже через три дня, и забронировала места.