Возрождение. Книга 2. Мор

Нежная радость на лице Лорель приобрела оттенок солидарности и, почему-то, сочувствия.

- Он потрясающий.

У спальни они попрощались, поблагодарили друг друга за прогулку, даже условились обязательно повторить. Мира решила немного вздремнуть, а Лорель направилась на урок музыки.

Только вместо этого семенящим шагом дошла до кабинета своего отца. Минуя все тех же слуг, приветливо улыбалась им, но едва ускользая от взглядов, вновь становилась серьезной. По пути упрямо что-то обдумывала – меж тонких бровей легла некрасивая складка.

Тамилия медленно потягивала вино, глядя на себя в зеркало, когда мельтешащее желтое пятно влетело в комнату.

- Ну что?

- Она точно влюблена в него, - пробурчала Лорель, после чего, покосившись на фужер в руках матери, сморщила носик. – Опять?

- У меня стресс. Снова какая-то человеческая девчонка путает нам карты. Нужно срочно что-то придумать. Хотя, стоит отдать твоему отцу должное, идея с возвращением Мора хороша. Этот жест поспособствует их разделению, а еще расположит его к нашей семье.

Лорель помассировала виски и оперлась бедром о письменный стол. Не выглядела злой или раздраженной, все в ней выдавало только одно – нервозность. И, пожалуй, немного усталости.

- Хаос ненавидит брата, это не поможет.

- Ошибаешься, моя милая. Я свяжусь с бабушкой, она устроит встречу с Оракулом, и тот поможет отыскать пастыря, - сделав еще глоток вина, Тамилия оставила фужер в сторону. Завораживающие лисьи глаза блеснули. - Второй раз человеческая особь не перейдет нам путь, мы будем хитрее.

Вошедший в кабинет Теотерон рухнул на диван всей массой своего тела, раскинув широкие руки на спинке. Лорель тут же оказалась рядом, с любовью прильнув к родителю, а Тамилия заняла место с другой стороны. Внимательный взгляд исследовал мужа с подобием беспокойства. Она все прекрасно чувствовала.

- Как на твое предложение отреагировал Хаос?

- Думает, - мужчина шумно выдохнул и расплылся по сидению. Разговор с правителем изрядно его вымотал.

- Папуль, я хочу бал, - протянула Лорель, прижимаясь к широкой груди отца. – Хочу танцевать. Замок украсят, богатые дома съедутся.

- Я работаю над этим, моя бусинка, - ответил Теотерон, оставляя на лбу дочери поцелуй. – Буду уговаривать Хаоса, ведь этот бал действительно нужен. И ты, конечно, будешь главной звездочной вечера, папа все устроит.

Тамилия, сидящая по левую руку, сложила подбородок на крепкое плечо супруга.