Тень ее высочества

— Руки целительницы деликатно касались ран, оставляя на них легкую дымку зеленого сияния.

Болезненно худенькая, достающая хранителю головой лишь до плеча, она обладала ледяной выдержкой и безграничным милосердием. Идеальное для целителя сочетание качеств. Магистр водников сетовала лишь на то, что Мейган боялась телепортироваться.

Усилиями врачевательницы Сиелла пришла в сознание и тотчас связалась с коллегами, чтобы предупредить о возможном нападении.

Последующие несколько страшных часов маги-воспитатели совместно с боевиками убирали трупы, лечили раненых, уничтожали следы кровавого пиршества.

Не верилось, что одна тварь могла сотворить столько зла и растерзать опытных охранников. Ужасало, что змей, принадлежащий к виду, с которым тяжело справиться магам-водникам, смог пробиться сквозь защитные заклинания стен школы. Если бы не амулет Сиеллы, содержащий заклинание огневиков, орден понес бы большие потери.

Иллиан уже успела переодеться, когда кристалл связи на шее нагрелся и окрасился зеленым.

По привычке помянув Эвгуста, мановением руки она активировала зеркало, которое показало давно ставшую привычной картинку: в кресле с высокой спинкой сидел золотоволосый мужчина. Его красиво очерченные губы приветливо улыбались, а серые глаза оставались ледяными.

— Приветствую, Иллиан. Буду краток. На школу Эспинса совершено нападение элементи Огня. После твоего сообщения Вариор предусмотрел возможность атаки, но полноценно к ней подготовиться не успел.

— Жертвы? — Сиелла, вздохнув, сцепила пальцы в замок.

— Меньше, чем у вас, — три боевика, и все же амулеты других стихий — не выход. Поэтому пока я нахожусь в Семиграде, Вариор примет мои полномочия и отзовет с Приграничья восемь боевых четверок. Распределите их по две на каждую школу — адепты должны быть защищены от элементи любой стихии. Хватит быть легкой мишенью!

Несколько часов до рассвета, а Марион еще не ложился. Жизни магистра ничто не угрожало, и хранитель позволил себе расслабиться, однако сон все равно не спешил одарить его своей милостью.

И тогда он устроил ревизию своему арсеналу боевых артефактов.

Амулеты с законсервированными заклинаниями чужих стихий редко кто мог носить на теле долго, не испытывая дискомфорта. К таким уникумам принадлежала Сиелла, Альберт и все семейство Эспинсов. Впрочем, в чужих заклинаниях возникала надобность лишь при встрече с элементи своей стихии. Выложив из сундучка разряженные, хранитель занялся гладом.