Сердце в Инее

— Что там, мастер? — подскочил к чернокнижнику спавший с лица Омриан. Недуг брал верх над ним. — Могу я быть вам полезен?

— Нет. Ты здесь не помощник. Нужно отыскать гнома. Я сам отправлюсь на поиски. Боюсь, это займёт много времени. — Чёрный маг покачал головой. Он был в шаге от ритуала, отступать сейчас попросту глупо. — Присмотри здесь за всем, пока меня не будет.

— Да, мастер, конечно. Можете на меня положиться, — отчеканил Омриан.

— Хорошо. И смотри, чтобы наша пленница не сдохла с голоду.

Омриан кивнул.

— Эй, кто-нибудь. Зачем я здесь? — раздался голос девушки. Колдун зловеще улыбнулся помощнику.

— Я ей расскажу, зачем, — произнёс он глубоким таинственным голосом и направился к пленнице.

Часть третья. Пленница

К Аравинде подошел колдун, тот самый, что схватил её в бальной зале, переместил сюда и запер в камере. Не в состоянии пошевелить ногой в тугих кандалах, царевна полулежала-полусидела, схватившись рукой за решётку.

Чародей обладал зловеще-благородным лицом: ровный с горбинкой нос, раскосые глаза, тонкие губы, на подбородке аккуратная бородка якорь, надо ртом тонкие усы.

Если бы не чёрный балахон, мужчина мог бы вписаться в личную гвардию мажертиров Всеглубинной Госпожи. Как бы пошла этому мужественному лицу с красивым подбородком широкополая шляпа с веером плавников летучей рыбы. Аравинда невольно засмотрелась своим пленителем. Он был очень красив. Чёрные глаза, тёмно-русые волосы, длинные, слегка волнистые, уверенный взгляд. Мужчина подошёл вплотную к решётке и взирал сверху вниз на униженную пленницу. Его красивые, ухоженные пальцы сжали железные прутья.

— Ты, принцесса, есть не что иное, как ингредиент в моём будущем ритуале. Мне плевать, как так вышло, но я знаю, что ты девственница. Ею ты и умрёшь! Счастливо оставаться, — закончил чернокнижник глубоким гортанным голосом и направился прочь.

Аравинда осталась под впечатлением от молодого властного мужчины, но посидев с денёк в камере, пленница поняла, что и её красивый жестокий пленитель не пробудил в ней страстные чувства, не затронул струн души.

Аравинда сидела в камере тихо, мирясь с судьбой, мучилась от боли в прикованной лодыжке, не знала, как сесть чтобы не тревожить ногу, страдала от жажды и иногда слышала шаркающие шаги. Она поняла, что чернокнижник ушёл, а пленницу доверил подмастерью, который не казал и носа к темнице.