Веда и потерянный артефакт

Сложная береговая линия затрудняла эту задачу, позволяя судам подходить к суше только в определенных местах. Жители империи чувствовали себя защищенными от внешних врагов.

Но власти не позволяли себе расслабляться, надежно следя за безопасностью границ империи. В том числе, его дядя канцлер Голдберг.

Марсиваль же по роду Веларский, по фамилии отца и матери в замужестве. Родство с канцлером шло именно через его сестру, мать Марсиваля.

Конечно, Отторинской империи не всегда доводилось переживать периоды такого спокойствия и затишья.

Порядка ста лет назад, на территории материка бушевали ожесточенные войны между многочисленными королевствами и самостоятельными герцогствами.

Предок ныне здравствующего императора, стальной рукой объединил всех под своим знаменем, приняв под свою власть. И воцарилась династия императоров Арджайских, надолго принесших мир и спокойствие на измученные противостоянием земли.

Правда, потом появилась другая проблема, не менее важная для безопасности империи.

Страшная цена ошибки, последствие необдуманных действий и излишней самоуверенности.

— Судя по полученным характеристикам, ты отлично подходишь для выполнения важного задания, — продолжил дядя, все больше интригуя каждым словом. — Нет, ты не единственный подходящий кандидат, есть и другие. Но я хочу быть уверенным в исполнителе этого крайне важного поручения. А тебя я знаю, как сильного и умелого воина, мага, готового послужить своей империи. У миссии нет права на провал!

Закончил он, выдерживая паузу, внимательно глядя на племянника, прежде чем снова приступить к разговору.

Надо ли говорить, как напрягся Марсиваль, вслушиваясь в его слова.

Дядя всегда казался ему похожим на насупленного, потрепанного временем старого ворона. Высокий, сухопарый, с подернутыми проседью черными волосами и суровым, решительным лицом, он был на много старше своей сестры, матери Марсиваля.

В памяти юного Веларского, дядя всегда оставался строгим, неулыбчивым мужчиной, от которого хотелось держаться подальше.

В молодости будущий канцлер Голдберг сильно пострадал при исполнении служебного задания.

Восстановить здоровье не получилось, и теперь дядя ходил чуть прихрамывая. Опираясь на неизменную черную трость из редкой породы дерева, являющуюся сильным артефактом. Что еще больше делало его похожим на старого, побитого жизнью, настороженного ворона.

Но физические увечья не делали канцлера менее опасным противником.