Веда и потерянный артефакт

И возможно, артефакт, о котором так упорно твердил Макс, слишком ценный, чтобы устоять от соблазна им обладать. Не стоит искушать окружающих, тем более, в моей зависимой ситуации.

Угощение оказалось вкусным, пусть и не похожим на то, что мне приходилось пробовать ранее.

Казалось бы, чем могут отличаться пирожки? Тесто схоже, но даже форма выпечки отличалась. Перекошенные треугольники не походили на знакомую мне выпечку. Готовились они явно в печи, а не жарились на масле.

Начинка у одних была из незнакомых, насыщенно темно-синих ягод.

У других овощная, но опять же неопознанная. На вид, что-то похожее на капусту вперемешку с картошкой, но отличаясь и цветом, и вкусом.

Все вокруг настолько не походило на привычное, заставляя помнить, что я не дома. В другом мире, что подтвердила и хозяйка веда.

Заварившийся чай оказался насыщенным, ароматным напитком. Чуть красноватым, наверно, из-за добавленных ягод, и удивительно вкусным. Посуда на столе сплошь глиняная, покрытая темной глазурью. Не светлый фарфор или стекло, как принято у нас.

Все вместе отличия настойчиво, неумолимо напоминали, что я не дома. Доставляя ощутимый дискомфорт, только прираставший с каждой минутой, добавляя раздражения. Надо как-то вернуться домой, разобраться с Максом и всем происходящим.

— Не понимаю, зачем он меня сюда притащил? — не выдержав, выдала я раздраженно в конце своего рассказа, громко поставив глиняную кружку с плескавшимся в ней чаем на стол.

— Говорю же, дуррра дефка! — отозвался по виду дремавший до этого Черныш, нервно задергав хвостом.

— Мужик ей замуж предлагает, с собой в свой мир забирает, а она, погляди, нос воротит! Привереда!

Сказал, просветив меня зеленым взглядом, хитро прищурившись, словно оценивая и выжидая. Как есть провокатор, хочет вывести на эмоции. Полагается сорваться, и в обиде на этот поклеп, выдать все, что думаю? Проверяет, хитрая кошачья морда!

Потому, волну раздражения и все мысли о привороте, и желании обманщика-жениха получить артефакт, придержала внутри.

Выругавшись лишь про себя, не желая сдавать явки загадочным местным.

— Ты же девка видная, ладная! — продолжал мурчать фамильяр, щуря пронзительные зеленые глаза. — Вот он и не устояллл, мурр!

Высказался коварный кот. На его спине, обхватив, словно подушку, умильно дремал сытый Яшка.

После того, как напился молока, малой с писком перелетел на лавку старшего товарища. И забавно проковыляв, опираясь на руки-крылья, устроился на спине кота-фамильяра.