Веда и потерянный артефакт

Еды, сна и общения со старшим товарищем.

Черныш же, недовольно сверкнув зеленым глазами, в один миг чиркнул выпущенными когтями по моей руке выше запястья, оставляя набухающие кровью царапины. Да так шустро и внезапно, что вздрогнуть не успела, не то, что руку отдернуть.

— Ты чего кидаешься?! — прокричала возмущенно, реагируя на хищнические нападки фамильяра.

— Говорю, дуррра дефка, — снисходительно отозвался он, вылизывая как раз ту лапу, которой поцарапал меня до крови. — Я тут для нее стараюсь, а она орет почем зря!

Продолжал разорятся он под моим недовольным взглядом, словно совершенно не собирается пояснять свое возмутительное поведение.

— Для тебя стараюсь! Потому и кровь твоя надобна, — сказал он, хитро прищурившись. — Через нее знакомство с тобой составил, даю возможность меня призвать, коли совсем тошно станет. Так я приду, чем могу помогу, подскажу да утешу. Как тебя без поддержки оставить горемычную?

Именно так пояснив свой подарок, возможность его вызвать, если совсем плохо сделается.

Вот и напомнил он теперь по дороге к тракту, что есть у меня возможность его позвать в случае опасности. Да только напоминание ни к чему, и так не забывала про подарок к нашему расставанию.

Лес вокруг радовал свежей, бурно растущей зеленью. Здесь явно было теплее, хотя сезон тот же, последний месяц весны, это я у говорливого фамильяра уточнила. У них он называется цветень, а первый летний месяц по аналогии травень.

Дома, откуда меня коварно утащил Макс, весна как раз вошла в пору цветения и зелень только начала распускаться. Потому вполне могла оценить, насколько в приютившем меня временно мире теплее и комфортнее. А значит, и путешествовать будет удобнее, без риска застудиться в дороге.

Вышли мы рано, но солнце к этому времени успело забраться на небо. В конце весны дни очень длинные, светает рано, поэтому к началу пути сделалось светло как днем.

А еще прохладно, ведь земля не успела прогреться после прохлады ночи, и выданный заботливой ведой плащ пришелся кстати. Фамильяру в его пушистом наряде все нипочем и дискомфорта от ощутимой утренней свежести он не испытывал.

Снова ощутить присутствие леса, его отклик оказалось удивительно приятно.

Едва шагнула за ограду усадьбы, сразу почувствовала, как оживает пространство вокруг, приветствуя, откликаясь.