Крылья пепла

В минуты душевных тревог он всегда бежал к древнему вязу, что было нетипично для элфие с водным даром. Помнится, Таэрена всегда можно было отыскать в одном из фонтанов. Именно «в». Либо ногами, либо руками в воде. И они с Ривеллиром все время спорили, в каком именно фонтане приятеля отыщут – парк Эйсти-Тиэн был довольно велик. А Хаэльвиен нес обиды вязу.

– Я все хотел спросить, почему здесь? – Кайтвиен прошелся вокруг потрескавшегося ствола. Девять шагов и полшага. Сверху свешивался кончик серебристой косы. Тиэнле со сложенными под подбородком руками лежал животом на толстой нижней ветке.

– Меня ата’маали Томиллен сюда как-то привел. Вот и хожу.

Кайтвиен избавился от поддоспешника и меча, подпрыгнул. Уцепившись за ветку, бросил тело вперед и вверх, кувыркнулся, упал животом на теплую кору, перекинул ногу и уселся.

– Разве ан’халте полагается лазать по деревьям?

– Ну, раз тиэнле лазает…

Хаэльвиен несмело улыбнулся и тут же снова сделался безразличным. Маска отстраненного спокойствия. Только глаза, в которых плескало таким же колючим зеленым, как у Светоча, не поддались усилиям.

– Мы с вашим отцом и Ривеллиром тоже лазали сюда. Ривеллир тен’Талле…

– Отец рассказывал мне о мастерах меча. И о нем тоже. И о том, что он погиб в землях тинтае защищая его и маму… – Хаэльвиен опустил глаза и помолчал. Кай терпеливо ждал, пока воспитанник решится произнести то, что причиняет ему боль.

– Почему он не позволяет мне быть с ней дольше? Она болеет снова, как раньше, только чаще и тяжелее. Я хочу быть рядом.

– Он тоже. Он не может иначе, это больше, чем все чувства разом.

– Я читал про разделенный свет, я видел, я… слышал, как они звучат вместе… А теперь… Это все из-за ребенка. Я сразу был так рад, а сейчас… Это… ужасно. Это ужасно, ката. Я – ужасен. Я, – его голос едва звучал, мешаясь с шелестом подпирающей небо гигантской кроны, – сказал, что не желаю жизни тому, кто убивает мою мать.

Глава 1.2

Ллотин

Поднимаясь в кабинет директрисы Стеша и понятия не имела, что выйдет оттуда другим человеком… другим не-человеком.

Думала в очередной раз придется торговаться, во что ей станет исправление одной из цифр в дате рождения в приютской учетной книге. Но все оказалось куда непонятнее. Проще было бы деньгами, которых нет, откупиться.

Директрисе было около тридцати, когда ее назначили управлять приютом, а Стеше пятнадцать, теперь директрисе за семдесят, а Стеше семнадцать, по бумагам. Ей долго было семнадцать. Так иногда бывает у смесков.