Огонь его сердца. Королевская Академия

— Прошу прощения, — начала было я, но была тут же перебита заносчивым и презрительным:

— Неужели, — а потом голос добавил ноток снисхождения в свой тон: — Прощу, если перестанешь таращиться в стену и, наконец, принесёшь мне еды и воды. И хватит бесцельно шарить по потолку и полу, я на подоконнике.

Мой взгляд острой стрелой метнулся к окну и я беззвучно ахнула. Где-то в глубине души я уже начала подозревать, с кем имела несчастье вести диалог, но тот, кто сидел на широком подоконнике, напоминал существо с картинки лишь отдалённо.

Никакой роскошной шерсти, ни огромного пушистого хвоста. Этот кот, а сомнений в принадлежности к семейству кошачьих не было никаких, — был похож на мейн-куна, которого нерадивая хозяйка обрила налысо, оставив зачем-то немного шерсти на голове и передних лапах, а после облила густой чёрной жижей, вязкой словно мазут. Кожа животного была покрыта подобием мелкой чешуи, но я не могла быть уверена наверняка, слишком шокированная открывшимся мне образом. Поэтому я решила отложить изучение неведомой зверушки на потом и задала вполне логичный вопрос:

— А ты, собственно, кто?

Кот закатил свои янтарно-жёлтые глаза и совсем по-человечески вздохнул.

— Катулус-кайки, подвид дракардис. Угораздило же связаться с невеждой. Такое сокровище — и в такие неблагодарные руки! О, Боги, за что вы отвернулись от меня?

— Но погоди, — я даже опасаться его перестала, чувствуя волну возмущения. Если я и была несведуща в вопросах этого мира, то Оливия была здесь как рыба в воде, и уж если девушка чего-то не знала, значит, это было за пределами её возможностей.

А потому оскорблять нас с Олив я не дала. — Я видела изображения кучинов. Ты не похож на те картинки!

— Боги, боги, что за изощрённая пытка быть связанным с… — кот окатил меня волной презрения из своих янтарных очей. — такой глупой магичкой.

— Если ты прекратишь меня оскорблять и перейдешь к конструктивному диалогу, возможно, добьёшься большего, — ответила я, теряя терпение.

— Умные слова не сделают умной тебя саму, — философски заявил кот, поднимаясь на лапы. Он лениво потянулся, выгибая спину высокой дугой, широко зевнул и снова сел, демонстрируя идеальную грацию, присущую всем кошачьим. — Я уже ответил. В ваших книжонках обо мне ты не найдёшь никакой информации. По крайней мере в тех книгах, которые доступны простым лернантам.

Этот кошачий гад так и лучился чувством собственного превосходства.