Огонь его сердца. Королевская Академия

Кисть опалило жаром огня, однако никакой боли я не ощутила. Было даже приятно. Любопытство взяло верх. Открыв глаза, я в ужасе отшатнулась — с моей руки, словно из огненной пушки, в сторону преподавателя летела волна чистейшего пламени.

— Шарх-ин-ран! — спокойно произнёс магистр, не теряя самообладания, и тепло вокруг моей ладони мгновенно исчезло. — Огненная волна? Вы хотели всё здесь спалить, лернант Сириус?

“Вот ведь гад кошачий!” — подумала я, испытывая волну дичайшей “благодарности” к кучину.

Но надо было что-то отвечать преподавателю.

Виновато опустив голову, я ляпнула первое, что пришло в голову:

— Ой, я перепутала…

Дрейк покачал головой, не особо веря моим слабым заверениям.

— Садитесь, лернант.

В оглушающей тишине я прошла к своей парте и, лишь сев, поняла, что только что произошло.

Я. Колдовала.

Настоящую магию.

Вот этими самыми руками.

«Вот это я дала», — подумала я, всё ещё пребывая в шоке.

— Хватит думать, скоро дым из ушей повалит, — мяфкнул в моей голове кучин.

– Зато теперь мы точно знаем, что сила твоя никуда не делась. Нужно лишь подучить заклинания.

— В смысле мы знаем, что сила никуда не делась? – я с сожалением обвела взглядом пустое пространство под партой. Чёртов кучин точно из меня сумасшедшую сделает. – Это что, проверка была?

— Ну… — гад хвостатый даже не думал имитировать сожаление или раскаяние. – Я должен был проверить.

Цензурные слова закончились, а учить кучина русскому матерному я не собиралась.

Поэтому шумно вдохнула, выдохнула и обратила, наконец, внимание на преподавателя.

— Как вы успели заметить, нейтрализующее заклинание отлично впитало в себя атаку лернанта Сириус. Это простейшее, но тем не менее, сильное заклинание, которое у вас должно быть записано на подкорке. Только противник подумал об атаке, а вы уже отвечаете. Не ждите, пока атакующий закончит плетение. Лучше ошибиться и нейтрализовать что-то неопасное, чем пропустить смертельный удар.

И снова прожигающий взгляд в мою сторону.

Я поёжилась. Казалось, что все присутствующие в аудитории теперь смотрели на меня, причем с явным подозрением. Будто на лбу у меня засияло чистосердечное признание в моей иномирности.

— Запишите ваше задание на завтра.

Магистр взмахнул рукой и на доске появилась запись. Удобно, даже подходить не надо к доске и водить мелом, боясь, что тот в один момент ка-а-к скрипнет по поверхности, что у всех случится слуховой паралич.