Огонь его сердца. Королевская Академия

Но ведь в памяти Оливии не было о нём ни одного воспоминания!

— Все трое за мной, — холодно обронил Дрейк и, задержавшись взглядом на руках парня, лежавших на моих плечах, с раздражением добавил: — И прекратите уже зажиматься. Это приличное учебное заведение, а не парк для свиданий.

С моих плеч моментально исчезла тяжесть. Я даже вздохнула свободнее. Вот только реакция магистра была мне непонятна. Он же прекрасно видел, что это были не романтические обнимашки. К чему подобные уколы?

Сирша шла перед нами, прямо за магистром, и ничто в её прямой спине не выдавало раскаяния.

Я бы не удивилась, если бы на разборе полётов она свалила всю вину на меня. Хорошо, что у нас был свидетель, иначе точно влетело бы именно мне, а не ей.

— Проходите, — остановившись возле одной из дверей, магистр Катори распахнул её перед нами и встал сбоку, пропуская всех внутрь. Я успела заметить табличку с надписью “ректор”, и внутри меня всё похолодело. Чем мне грозил визит к главе Академии я даже думать боялась.

— Магистр Катори? — услышала я голос ректора и вздрогнула.

— Что случилось?

За массивным столом сидел мужчина неопределённых лет. Разбег от тридцати пяти до пятидесяти, в зависимости от взгляда и освещения. Ох уж эти волшебные мужчины в магическом мире, живущие неприлично долго и сохраняющиеся просто преступно хорошо. Впрочем, как и женщины. Всему виной магия, которой здесь было пронизано буквально всё.

Ректор был василиском, как подсказала мне память Оливии. С мужчиной она виделась всего несколько раз, — при самом зачислении и случайно в коридоре академии.

За административные нарушения не привлекалась, поводов навестить главу академии не было. До сей поры.

— Итак, я слушаю, — в голосе Фараха послышался неприкрытый холод. — Что уже натворили эти лернанты?

— Применение магии без контроля и страховки преподавателей, которое могло повлечь за собой травмы, — ответил магистр Катори, даже не глядя в мою сторону. Ну что за формулировки такие? По его словам совсем не ясно, что я всего-лишь жертва, и наказывать тут стоило лишь одного виновника.

Сиршу.

— Подробнее, — нахмурился ректор, а после, взглянув на нас, махнул рукой в сторону стульев. — Присядьте пока.

Я села поближе к ректору, — как ни парадоксально, я чувствовала в нём некую защиту, необъяснимое доверие. Будто сама сущность моя верила в справедливость этого мужчины.

— Пусть расскажет лернант Тайр, — ответил Дрейк, кивнув в сторону моего спасителя. — Он был очевидцем происходящего и прямым участником.