Наследие

Люцифер взлетел к шпилю башни и усадил ее на платформу, а сам заложил крутой вираж, рисуясь перед ней. Когда Ева рискнула открыть глаза и увидела, где находится, ужас сковал ее, и она изо всех сил вцепилась в шпиль.

- Теперь ты мне веришь? – он завис перед ней, хлопая крыльями.

Они гнали воздух, раздувая ее волосы.

- Верю! Верни меня на землю! – закричала она.

- Ты чего кричишь? – он сел рядом с ней, убрав крылья. – Думаешь, я тебя сбросить хочу?

Она молча затрясла головой, глядя вниз.

- Боишься упасть?

Кивнула.

- Ева, посмотри на меня.

Она перевела на него полные ужаса глаза. Он взял ее лицо в свои руки, чтобы закрепить эффект.

- Не бойся и доверься мне. И тогда тебе понравится. Уверен, ты уже слышала такие слова в своей жизни от мужчин.

Ева шутку не оценила, но ее взгляд стал более осмысленным.

- Полетаем немного? Не бойся, я не уроню.

Бояться она явно не перестала, но, скрепя сердце, решила довериться. Люцифер подхватил Еву на руки и спикировал вниз. Ева снова завизжала, но уже больше от неожиданности, чем от страха.

Он заложил крутой вираж, уходя направо, и визг Евы оборвался, сменившись смехом. Он не был уверен в том, что это радость, а не истерика, и чуть сбавил скорость, выбрав такую высоту, чтобы открывался красивый вид на город. Она уткнулась головой в его грудь и снова зажмурилась.

- Ева, ты все пропустишь! – крикнул он ей в ухо.

Когда она перестала бояться, то открыла глаза и осторожно выглянула из объятий Люцифера. Сначала с любопытством, а потом со все более возрастающим восторгом.

В ее глазах отражался весь город, и Люцифер наслаждался этим полетом не меньше, чем она. Встречные потоки воздуха трепали волосы и перья на крыльях, изо рта вырывался белый пар. Принц заложил легкий вираж, делая круг над башней, и плавно опустился на балкон, поставив Еву на ноги, а сам сел на перила. Она молчала и смотрела на него, как казалось Люциферу, совсем другими глазами.

- Почему ты решил показать мне это?

Причина была, но называть ее ей он не собирался.

- Мне очень этого хотелось.

Люцифер был уверен, что она расценит его ответ так, как ей будет нужно. Так и вышло. Ева смутилась и опустила глаза.

- Тебе нельзя это показывать всем. Это слишком.

- Почему?

- Будет плохо, - покачала головой Ева. – В такое невозможно поверить, пока не увидишь. – Она пошатнулась и сжала виски руками. – Господи… О Господи! – ее глаза округлились в свете нового понимания восклицания.