Король-под-Горою

Странная, невыносимая волна боли вдруг поднялась в груди у Тиуры:

-Как же ты одинок, Король-под-Горою… – горько выдохнула она, раньше, чем поняла сама, что сказала.

Он резко остановился.

Музыка оборвалась.

-Танец окончен, дочь предателя!.. – отчеканил Летний Король. И сжав губы, процедил: – И постарайся больше не попадаться мне на глаза. Моя милость не столь уж безгранична. Довольно того, что я позволил тебе вернуться в холмы.

***

Эпизод 3

***

Сердце колотилось так сильно, что казалось еще мгновение – и оно выскочит из груди.

Тишина длилась всего несколько мгновений. Стоило Летнему Королю отступить на шаг и в чертогах Сокрытого Народа вновь грянула музыка, вновь закружились пары в цветастых одеяниях. И взмыли под потолок ярко окрашенные бабочки, и ударили ввысь разноцветные фонтаны…

А Тиура, в одиночестве, все стояла посреди бальной залы и ей казалось, что вокруг нее обвели невидимую стену, преграду, пересечь которую не желал ни один хульдман.

Девушка вскинула голову, оглянулась по сторонам: Арлена, который мог бы поддержать в трудную минуту, видно не было. Кормака – к счастью - тоже. А Летний Король… Летний король уже сидел на троне, неестественно выпрямив спину и надменно вскинув голову. На тонких губах мужчины плясала презрительная усмешка, а длинные пальцы нервно скользили по подлокотникам, вырезанным в виде выточенных их дерева пардусов: одна из огромных кошек внезапно чуть пошевелилась и вскинула голову, прося новой порции ласки.

Тиура сглотнула комок, застрявший в горле, и отступила к стене. Прижалась спиной и ладонями к гладкому мрамору и, запрокинув голову, зажмурилась, борясь с незваными слезами.

Ничего не вышло. И надеяться, что все получится через год – бессмысленно. У нее был всего один шанс, всего одна возможность попросить у Летнего Короля дозволения отцу вернуться в холмы – и она его истратила. И на кого? На Кормака? На того, кто злословит и оскорбляет? На того, кто ненавидит ее всей душой, и считает Одхана, сына Брокана - предателем? На того, кто только и может глумиться над самой Тиурой?

Завявшие колокольчики лилии долины мягко осыпались на пол, и Тиура, не глядя нащупав уже совершенно ненужный букетик, отколола его от платья и, зажав тонкие веточки в кулаке, вытерла запястьем наворачивающиеся на глаза слезы.

Отец говорил, что она должна быть сильной. Что она должна уметь сдерживать чувства.