Последнее пророчество Эллады: Переиграть Афродиту

Афродите следовало приставить к двери кого-то с более чутким слухом – но таковых среди сторонниц Концепции не было.

Разветвленная сеть адепток Концепции по всему миру именно на Олимпе была не так уж и обширна – Артемида, Афина, до некоторого времени Деметра, сама Афродита да с десяток пустоголовых нимфочек, которым, собственно, все равно, к кому примыкать. Морским и подземным сообщницам, нимфам и агрессивно настроенным амазонкам, которые сейчас во множестве толпились на Олимпе, богиня любви никак не могла поручить такое важное дело, как охрану Владычиц, а Афина была нужна ей для ритуала.

Что уж тут говорить! Артемида не была уверена, что Афродите следует доверять ей. Ей, ближайшей стороннице, можно сказать, основательнице Концепции! Потому, что сейчас она как никогда хотела бросить все и сбежать. Вернуться в свой лес, в уютную пещерку рядом с водопадом, искупаться в прохладной воде, а потом кинуть клич, собрав вокруг себя веселых амазонок и нимф, и вовлечь их в веселую охоту, да так, чтобы кипела кровь, и чтобы не думать ни о чем.

Потому, что бывают вещи, которые она, Артемида, стерпеть не в состоянии.

Да и кто в состоянии вытерпеть, вынести это жуткое зрелище, когда твою бесчувственную подругу грубо лишает невинности огромный волосатый мужик?! Нет, не так – когда ее насилует, снова насилует тот, кого она так ненавидит, кто бил ее, кто издевался над ней, кто сожрал ее дочь?! Отвратительное зрелище обнаженного Ареса, грубые движения, ихор на мраморном полу, отчаянный крик Деметры в ушах…

И смех Афродиты.

Да, звонкий, веселый смех Афродиты, от которого почему-то накатывает тошнота.

Медленно, медленно тянулось время. Час за часом проползали неторопливо, а она все не могла успокоиться. Стоило на секунду прикрыть глаза, перед глазами снова появлялось «достоинство» Ареса, его самодовольная ухмылка, бесчувственное тело Персефоны, распростертое на полу, ее бессильно раскинутые, испачканные ихором и семенем ноги.

Это было ужасно.

Периодически Артемида заглядывала в чулан, где Гера и Амфитрита увлеченно дегустировали самогон Гекаты, а Персефона все так же лежала без сознания; иногда позволяла себе короткую вылазку к другому чулану, в котором держали Деметру.

Деметра выла, и Артемиде тоже хотелось выть.

Еще сначала хотелось бросить все и сбежать, потом – снова бросить все, но уже в лицо Афродите.