RUS Страна управляемая свободой

Ему передали этот дар предки, веками вырезавшие врагов пришедших с далекого запада. Воины с востока приходили редко. Очень скоро лица трупов перестали пугать его, лишь усиливалось горечь от потери друзей.

На горизонте мелькнула тень, но витязь не среагировал. Он знал, что три дня подряд его сопровождала та, кто собирает души убитых врагов и его соплеменников. Не раз ему приходило озарение, что видел он Мару.

Безумие. Снова и снова его меч разил налетчиков на землях Русских. Разум устал и не реагировал на подобного рода проявления чудес.

Может славному воину, было уже все равно, кто и по какой цене заберет его душу. Если через знаменитый мост и не пройти, то он останется там, и будет благодарен всем мукам ада. Быть может именно там, он узнает, что значит жить.

Витязь, глава Новгородских стражников, обходил трупы поверженных врагов в который раз. В очередном поклоне он заглядывал в глаза мертвецов, пытаясь найти ответ на вопрос, почему они здесь, на его земле. Не нарушь они границы, остались бы живы.

Но в этом, конкретно выбранном месте, виноваты были не они, а человек отправивший их сюда. Правитель древнего города явно гарантировал им победу и легкую славу. И он солгал им, не сообщив о скорой смерти.

«Неужели никому нет дела до смерти этих людей?»

«Есть, их души отправятся в лучший мир».

Воин поднял ладони, в попытке вознести молитву. Так делать было нельзя.

Кровь. Ее надо убрать с рук. Отмыть. Нельзя возносить просьбы и молитвы властителям пантеона кровавыми руками.

Он подходит к ручью, но вода изменила цвет.

Даже природа начинает издеваться над ним. Быть может, это проклятие каждого воина. Его предали, оставили одного в мире, где путь складывается из трупов похожих на тебя людей.

«Их убили. Обманули. Посулили легких денег.»

«Их никто не обманывал. У них судьба такая.»

Голос в голове не давал покоя не на поле брани, не на великом просторе смерти. Он принадлежал женщине и постоянно спорил с ним. Пытался вернуть на путь добра, любви и милосердия. Но, в груди воина пылало пламя гнева ко всем людям и богам.

Людям потому, что не могут остановиться. Богам потому, что не остановят все это. И еще глупцам, что видят в катастрофах высший промысел. Чем больше он спорил с голосом, тем больше ненавидел.

Очередную волну злобы, воин вложил в пинок по оброненному щиту. Быть может второму повезло бы также отправиться в недолгий полет, но взор привлекла рукоять знакомого меча. Витязь упал на колени перед поверженным напарником.