На работу в другой мир. Связанные зельем

И добавила чуточку блеску в серо-зеленые глаза, я же все-таки ведьма.

- Шикарно, Евгения Александровна.

- Спасибо, Славик, ты просто волшебник.

- Свидание? - игриво шепнул, склонившись ко мне.

- Э... - поперхнулась я и рассмеялась.

- А вас там уже дожидаются, - проговорил стилист Славик, снимая с меня накидку.

Мне вдруг стало тревожно и как-то не по себе.

- Кто?

- Ммм? - Славик шевельнул бровями, закатывая глаза. - Мужчина.

Какой мужчина? Кто, зачем?! В моем нервном состоянии уже везде мерещилась засада.

Так и есть!

- Женя, - заискивающе улыбаясь, поднялся навстречу мне сидевший в холле бывший муж. Букет роз в руках. Черт бы его побрал вместе с его букетом!

Но я не стала устраивать сцену на виду у всех, а спокойно пошла на выход. А он за мной, бубня в спину:

- Женя, послушай, у меня, правда, дело.

Я промолчала. Уже выйдя наружу остановилась и обернулась к нему лицом.

- Я же сказала, чтобы ты не звонил мне больше.

- А я и не звонил! Жень, - и давай заглядывать мне в глаза.

И цветы свои тычет.

- Тогда говорю еще раз, для тех, кто в танке. Мы в разводе. И не надо за мной ходить. Ничего не изменилось, я все тот же конь, а тебе нужна нормальная баба. Все.

- Мне деньги нужны, - проговорил он быстро.

- Деньги? Я же тебе оставила квартиру? Мебель, все, что у нас было? Чего тебе нужно еще?

- Женя-я-я, - протянул он шепотом, делая страшные глаза. - Мне угрожают...

Это уже было слишком.

- Послушай, Фетковский, - прищурилась я. - Ты мужчина. Решай сам свои проблемы.

Он что-то еще пытался сказать, нелепо взмахивая своим букетом, но я уже не слушала.

Отвернулась и пошла к машине.

И в это время проехал черный внедорожник. Как мне показалось, тот самый.

Довольно, сказала себе, так нельзя. Это действительно паранойя. Сейчас успокоюсь, поеду домой. Вечером мы с Клаусом идем в ресторан. А потом - маленькие каникулы. Четыре дня и пять ночей в Валенсии.

И ничего мне сейчас настроения не испортит!

Надо только подавить эту плещущую через край тревожность, из-за которой мне уже черт-те что мерещатся.

А также жалость к бывшему Жениному мужу, которого, может, и тащила бы на себе дальше, если бы не его скотство - жить на два дома. С убогой женой и любовницей, к которой вроде и ушел, а вроде и жену потрахивал, так, чисто от жадности. Есть баба - надо пользоваться.

Клянусь, если бы он тогда просто по-человечески сразу сказал, прости, я теперь живу с другой, но помогу тебе по старой дружбе, я бы его сейчас без помощи не оставила.