Крылья

По парадным маршам пойдем. Они и шире и покрепче. А рядом с парадными всегда мелкие запасные есть.

- А выше поднимемся, там может быть и вода будет. Должна быть. Да! Так, что там мне Гаст про Светляков рассказывал, или не мне он рассказывал? А все равно! Гаст он непонятно кому и чего рассказывает. Старый. Глаза почти не видят. Руки словно в реакторе побывали- изъедены все. Без ногтей.

- Одна нога не гнется. Он потому с палкой и ходит. Я даже не знаю, сколько лет ему. Казалось, что всегда он был. Старый Гаст.

- Так вот. Говорил он. Что Светляки не только настроение чувствуют. Говорил он, что если с ними по настоящему подружиться так они и мысли тайные проявляют и об опасности могут предупредить и покажут где вода и еда имеется.

- Может быть так оно и есть, конечно. Только лучше на свою голову надеяться. Без Светляков, конечно, никак. Изгои не Солдаты. Они в темноте совсем не видят.

- Гаст говорил, что у нас глаза раскосые именно для того, чтобы солнце не слепило. Смехота! Солнце я говорю – смехота.

Будто бы висит над головой такой большой пузырь со Светляками, что от него света так много, что в тень прятаться приходится. И жарко от него как от реактора. Как вот это может быть - не понимаю.

- Если сделать огромный пузырь со Светляками, и повесить высоко, то кормить-то их кто-то должен. Ухаживать. Водой поить. Греть, разговаривать. А если этот пузырь еще и реактором будет, так Светляки от жара умрут.

- Они, конечно, тепло любят, но не жар. Болеют и умирают.

Совсем как люди. И грустно им бывает тоже как людям. И веселятся они и шалят. Вон замелькали бордовыми горошинами. В салки играют. Сами быстро бегать не могут, так цветными горошинами перекидываются.

- У-у-у-у… Дармоеды… - Погрозил я им пальцем притворно. – Их, как и людей, совсем в ласке и заботе нельзя держать.

- Обленятся.

- Верунчик. – Подошел я к постели, где спала Вера уже полностью экипированный. Рюкзак собран. Я упакован. Даже веревка на поясе и кирка в руках. Скатка только еще на полу.

- Верунчии-и-ик.

- Да-а-а… - Прошептала Вера. Потянулась под курткой. Извернулась. Открыла глаза. Вытянула губы для поцелуя. Улыбнулся я ей ответно. Коснулся нежно мягких ее губ.

- Вставай, пора нам.

-Ну, я еще немножко. Мо-о-ожно?

- Вставай, давай. Тело больше положенного все равно не примет.

- Ну и ладно! – Притворно обиделась Вера, и села на постели. Теплая, сладкая. Я даже зажмурился - так мне хорошо было на нее смотреть.