Сиротка для дракона. Бои без правил

Перепила, с пьяной обиды решила отомстить и отравила Бенедикта.

— Но Лианор весь вечер утверждала, что выпила лишь один бокал игристого, — продолжала Оливия.

— Все пьяные твердят, что они лишь попробовали, — усмехнулся граф.

— Тебе лучше знать, я видела не так много пьяных. Однако буквально за два танца до того, как Лианор увели с бала, я разговаривала с ней, и она была совершенно трезвой.

— Насколько трезвой была ты? — поинтересовался Лерой.

— Не абсолютно, но и не пьяна, — спокойно ответила Оливия. — И потому я могу уверенно сказать — в первую половину вечера от нее не пахло вином.

Речь и жесты не изменились. Зато после того, как она выпила бокал игристого, предложенный Бенедиктом в знак примирения, Лианор очень быстро развезло.

— Бенедикт предложил помириться? — не поверил Родерик. — Да он скорее бы сам мышьяк в бокал сунул!

— Мне тоже показалось это странным, поэтому я проверила вино на яды. Ничего, кроме спирта.

Который, как известно, тоже яд.

— Но, если в вино просто плеснули спирта, обычный магический анализ этого не покажет, — заметил Родерик.

— Мы снова переходим в область предположений, а я просил факты, — вмешался граф.

— Лианор утверждала, что этот бокал вина был единственным за вечер. Утверждала очень настойчиво. Но когда я проверила на яды ее бокал с тем, что она называла лимонадом, в нем тоже был спирт.

— Зачем ты это сделала? — спросил Лерой.

— Потому что ты был прав, когда сказал, что Лианор мне понравилась. Слишком уж быстро ее развезло, я хотела понять почему.

Бокал пах спиртом, но это действительно был лимонад.

— Ты пробовала?

— За запахом спирта чувствовался лимон, а не винный аромат. И Лианор говорила, что последний выпитый ею бокал горчил.

— Это все?

— Нет. Бенедикт был не единственным, кто захотел помириться с Лианор в тот вечер. Совсем незадолго до бала к нам заходила Корделия, баронесса Вудруф.

Родерик застонал про себя.

— Я не знаю, что они… — Оливия осеклась. — Впрочем, теперь я, кажется, знаю, что, точнее кого они не поделили.

«Мы не вещь, чтобы нас делить»! — рыкнул Сайфер.

Родерик был совершенно с ним согласен. А еще хотел провалиться сквозь землю и чувствовал себя на удивление глупо, как будто он стал барышней, из-за которой дерутся мужчины.

Хотя «дерутся» — преувеличение, про драку он не слышал ничего. Зато слышал, что Корделия распускала грязные сплетни про Лианор. Об этом рассказал побитый Нори парень, когда Родерик вызвал его на разговор.