Убить Сердце Мира

Вход находился на балконе, с которого по бокам тянулись две лестницы, покрытые коврами. Внизу находились гости: молодые, самовлюблённые и все до краёв наполненные аппетитной энергией. Валенс сглотнул. Рано.

Вдоль стен стояли столы с закусками. Сам зал освещался тысячей эриниевых ламп. Причём, судя по ощущениям, все они были наполнены чистой концентрированной силой жизни. В обычных светильниках она разбавлялась другими материалах, но не здесь... Подобную роскошь не каждый мог себе позволить. Валенс поразился. Да в этих источниках освещения энергии не намного меньше, чем в собравшихся людях.

Однако, его восторг был смешен со странным чувством тревоги. Он снова чувствовал старую, знакомую ему, опасную ауру, только сейчас она была в сотни раз сильнее. Неужели это действительно оттого, что здесь проживает нынешняя Белая Вдова – внучка, а может и дочка той, что когда-то обрекла его на долгую, мучительную смерть.

Подруга Веспы начала спускаться вниз, а вот сама хозяйка вечера осталась на балконе.

— Ну, поскольку больше никто не придёт, мы можем начинать! — громко объявила она.

Снизу послышались аплодисменты. Студенты кричали её имя, поздравляли и восславляли так, словно перед ними была не их однокурсница, а какая-то героиня. А эта девушка вполне могла бы организовать собственную секту.

Когда она спустилась к остальным, Валенс понял, что пора. Сейчас, когда все эти люди спустились в одну большую яму, а выход находится вверх по лестнице...

Он наконец выпустил эридий.

Окружающие кинулись к ней.

— Алиса! — кричали они. — Алиса, что с тобой?

«Вот значит, как тебя зовут», — запоздало подумал Валенс. Его тень выскочила из убежища, быстро, как стрела, пронеслась вверх по ступеням и, остановившись на балконе, вытянулась в силуэт человека. Сейчас он немного напоминал одного из барахольщиков в том облике, в каком он видел их двести лет назад. Вместо лица была чёрная пелена, на которой прорезался самодовольный, насмешливый белый оскал.

— Добрый вечер, господа! — выкрикнул он торжественно и щёлкнул пальцами.

Сотни эриниевых огней потухли одновременно, погружая зал во мрак.

В темноте раздавались громкие, болезненные крики нескольких десятков людей. Они хотели бежать, но резкая боль скручивала быстрее. Те, кому всё же удавалось сделать пару шагов, спотыкались о тела своих друзей и падали рядом, чтобы этим вечером больше не встать.