Сказки Тридесятого царства: Лягушка и Колобок

Кое-кто отлавливал выходящих из лавки продавщиц, а те с удовольствием давали интервью.

Об этом ей рассказал Тихомир, когда забирал её из гномьего квартала.

Теперь же лавка была заперта. А на лестнице зябли два самых упёртых журналиста.

Выходя из кафе, Виренея, развязала платок, вывернула его на другую серую сторону, накинула на голову, чуть согнула спину и не торопясь потопала к двери.

Поднялась на ступеньки и достала ключи.

- А вы кем Виренее Змеёвне будете? – оживился один из репортёров.

- Внимание, важное включение! – активировал второй журналист яблочное блюдце.

- К лавке «Всё для зелий» подошла женщина, подозрительно похожая на царевну. И она… открывает дверь!

- Уборщица я, – отмахнулась от репортёров Виренея и добавиласкрипучим голосом: – У меня собственные ключи. Ввечеру все уходят, а за день-то натоптали.

Она попыталась закрыть двери от любопытных парней, но не тут-то было. Те навалились на дверь и вбежали за ней в магазин.

- Как есть, натоптали! – не выходя из образа, всплеснула руками и закачала головой Виренея.

– А вы чего тут? Мешать мне вздумали?.. Ничёси грязи нанесли! А ну гэть отседова!

Выпучив глаза, царевна-уборщица схватила швабру, которая всегда стояла за кадкой с фикусом, и пошла на незваных гостей. И толи их её выражение лица напугало, толи знатно изгвазданная за день тряпка, но парни попятились.

А Виренее только этого и надо было. Отбросив швабру, она поспешила задвинуть внутренний засов.

Свет решила не включать. Подняла швабру с пола и вернула на место.

Потом достала из-за стойки коробку бытового порошка, рассыпала по полу и прочитала заклинание, которое быстро приводило помещение и её обувь в идеальный порядок. И только после этого сняла платок и поднялась наверх, чтобы взять кое-что из вещей, а заодно проверить сделанное гномками.

Ровно в десять вечера ко входу подъехал Тихомир. И даже если к тому моменту кто-то ещё следил за лавкой, максимум, что они увидели – укутанную в сто одёжек женщину с сумкой, которая вышла из магазина, заперла дверь и села в карету без гербов.

Через некоторое время карета заехала в плохо освещённый гномий квартал, где будто растворилась…

Однако за час до полуночи новая карета Виренеи стояла примерно в километре от столицы, у круглого замёрзшего озерца.

А вот Кристиан опаздывал.

«Может телеграмму мою не получил? Или ему выехать не дали? А может… он передумал?» - последний вариант почему-то расстраивал больше всего.