Аномалия Дорадо

Затем он представил ей пассажиров. Бледное лицо Соиры осветила восторженная улыбка.

– Та самая Гадот? – проговорила она. – Я слышала о тебе! Сражение за Эйкидль в системе Антареса…

Клим, к своему стыду, понял, что слышит это имя впервые, если не считать информации из ВИС.

– Боевое крещение «Ориона», – отозвалась женщина. Она улыбнулась одними глазами, большими и черными как угли, в обрамлении длинных ресниц. Узкое худое лицо с острым подбородком и крупный нос с горбинкой делали ее похожей на хищную птицу.

Она завела прядь темных волос за ухо и с гордостью добавила: – Флот противника полностью уничтожен, наземные силы блокированы на спутниках Эйкидля…

– Мы помним, капитан, – прервал ее Леванов. Она зыркнула на него, но перечить старшему по званию не осмелилась. Полковник обратился к пассажирам: – Понимаю, почему вы здесь. Обеспокоены сообщением. Неудивительно: на базе нештатная ситуация.

– Что стряслось? – с тревогой в голосе спросил Клим. Соира тоже посерьезнела, взглянула на офицера в ожидании объяснения.

– Пока неизвестно, – ответил тот. – Идет дистанционный сбор информации разведзондами. Сейчас ясно одно: с «Ксифии» никто не выходит на связь. Диспетчерское оборудование отключено. Ни руководитель базы, ни командир гарнизона на запросы не отвечают. Там с самого начала находилось не так много людей, но теперь кажется, что форпост совершенно опустел. Однако это, скорее всего, не так.

– А экипаж «Альтаира» и участники экспедиции?

– Ничего, кроме того, что уже известно.

– А именно? – настаивал Клим.

– Они… – полковник замялся, – неконтактные.

– То есть?! – во рту у Клима пересохло, руки задрожали.

– Скоро поймете, – пообещал Леванов.

При этих словах Зоя обернулась к нему и ледяным голосом проговорила:

– Повторяю еще раз, командир: я против посадки, пока точно не выясним, что произошло.

– Боюсь, мы никогда этого не выясним, если не увидим все своими глазами, не обследуем пострадавших и не изучим записи бортовых компьютеров «Альтаира», – возразил Леванов.

 – Для этого мы здесь, именно по этой причине с нами физик и психолог.

Он указал на ученых. Гадот ответила ровно:

– Я не могу подвергать жизнь экипажа такому риску.

– Вы понятия не имеете, капитан, о каком риске идет речь. В любом случае на нас будут бронескафандры. Я беру ответственность на себя.

Женщина сжала тонкие губы и проговорила:

– Дождемся данных разведки.

С этим она резко развернулась и направилась к свободной ячейке.