Зеркальный принц

Потёр свои руки, посмотрел на них – следов от укусов листьев крапивы не было, ведь он ими не касался, но ощутил их едкость.

Также прежде Азван пренебрёг лечебной магией Куэльи, а тут изучил с предельным рвением и присовокупил к той, что узнал от Мякилы. Если последний только заращивал раны, то она умела даже частично отращивать потерянные воином органы. Некоторые заклинания у них разнились, приходилось разбираться в них, выбирать лучшее или соединять оба в один. При этом некоторые заметно усиливали своё действие.

И что ещё осознал юноша, так это то, что даже одинаковые заклинания оказывают различное действие, в том числе в зависимости от силы его желания и вкладываемой в них магии. А в этом он превосходил всех магов, с кем встречался. Это понимание заставляло его усерднее развивать свои способности, учиться лучшему пониманию магии и использованию волшебных заклинаний.

Увы, ни его наставники, Духовлад и Белант уже ничему научить его не могли. Да и главный царский маг Астерон – тоже.

Оставалось надеяться на самого себя. В некоторой степени помогли те знания, которые Зеркальный принц позаимствовал из памяти Бародура, Строгала, Бажлана, Куэльи, Иудора и Мякилы. Заново просмотрел их уже намного более внимательно, позаимствовал ряд приёмов. У Иудора нашлось заклинание зрительного увеличения своего роста. Поначалу он пренебрёг им, потом сообразил, что в некоторых ситуациях оно может пригодиться. Например, его следовало бы применить в поединке с Мякилой – не просто подняться в воздух и засветиться, но и стать намного больше. Тогда бы он приобрёл куда более грозный вид и впечатлил бы всех намного сильнее.

И у упомянутого полкового мага Мякилы имелось заклинания стены огня, он готовился применить его, но не успел. Лично Азвану оно не смогло принести никакого вреда, даже плохой маг ведал, как от него оборониться. А вот войску руссенцев пришлось бы нелегко: на них бы сгорело всё, что могло сгореть, стальные доспехи же сильно нагрелись.

Многие ратники принялись бы от них избавляться. Это всё юноша предотвратил пустив громовую стрелу в противника. Знай он тогда упомянутое заклинание, то мог бы пустить стену огня на противников…

В саду он не мог опробовать данное заклинание. Потому в один из дней оседлал коня и уехал далеко от города, где нашёл пустое пространство, заросшее мятликом, типчаком, ирисом, чабрецом, ковылём, высоким коровяком и живокостью.