Хозяин Туманного острова

- Тебе тоже, - отозвался Невенгар и долго смотрел ей вслед, не торопясь садиться верхом, хотя подступали предутренние сумерки.

***

Опасаясь оступиться, Эмили шла медленно. Темнота сгустилась, когда она вышла на дорогу: посаженные вдоль обочин липы света не давали. Но зато и сбиться с дороги тоже не давали.

На окраину города всегда попадаешь незаметно, подумала девушка, почувствовав запах жасмина и зацепив рейки палисадника. Впереди кое-где светились масляные фонари, но было темно.

Семья Винай жила в центре.

Эмили добиралась до дома больше часа. К тому времени рассвело. Попадались, кроме ночных стражников, и мастеровые, и портовые рабочие, и моряки. Начинался рабочий день. Когда девушка подходила к дому, по булыжной мостовой затрещали колеса телег, застучали подковы.

Поднявшись на высокое каменное крыльцо, Эмили постучала в дверь бронзовым кольцом. В доме никто не отозвался, и девушка нетерпеливо постучала еще раз. Далеко в городском соборе эхом прозвонили колокола.

Наконец из-за двери донеслась непонятная возня. Судя по звукам, отодвинулся стальной засов.

Странно. Эмили не припоминала засова на их старой двери.

- Кто там? - раздался старческий голос.

Голос этот Эмили не узнала, поэтому, удивленная, помедлила с ответом.

- Я, - в конце концов отозвалась девушка. - Я, Эмили.

Дверь приоткрылась, и в щелку выглянула старуха, в которой девушка признала служанку матери.

- А ну перекрестись! - потребовала она.

Сбитая с толку Эмили перекрестилась. Дверь открылась шире.

- Что у вас происходит? - растерянно спросила девушка.

- Она пришла! - крикнула старуха в темную глубину дома и проворно отскочила от двери.

Моментально в прихожей возникли два дюжих парня в монашеских рясах, и грубая рука втащила Эмили внутрь. Девушка, хоть и растерялась, успела с размаху стукнуть одного из монахов сумкой. Попала в глаз. Тот взвыл и отпустил ее. Эмили бросила сумку на пол и нырнула в темный угол, где, как она помнила, хранились две трости отца.

Одну из них она мигом нашарила и развернулась к нападавшим.

Не раздумывая, Эмили коротким ударом наградила тянущуюся к ней потную ручищу. Тяжелый, залитый свинцом набалдашник с хрустом сломал кости запястья. Девушка не обратила внимания на крик боли и ударила тростью в лицо второго, перебив ему нос. Эмили не была сильна, но знала, куда и как бить, а трость оказалась грозным оружием.