Окно в Энцелад

– А скоро это будет?

– Не знаю, – в голосе Никодимовой послышалось нетерпение, – на следующей неделе совещание, тогда и решат, наверное. Так что, оставляете данные?

Макс продиктовал номер своего телефона и распрощался. Побарабанив в задумчивости пальцами по столу, встал и подошел к окну, выглянул во двор.

В душе леденела пустота. На улице было ветрено, солнце то и дело пряталось за проплывающими по небу облаками, будто играло с людьми в прятки. Мысли бежали вскачь, перепрыгивая через барьеры логики и здравого смысла.

Макс никогда в темные силы не верил, да и вообще был далек от всего потустороннего, но теперь, после того, что услышал и узнал, никак не мог избавиться от ощущения, что на флешку (или на ее содержимое?) наложено проклятье. Звучит, конечно, нелепо, смехотворно и напоминает дешевые ужастики, но в то же время думать о происшедших событиях, как о случайных совпадениях, тоже не получалось. Теперь он сомневался, что хочет как можно скорее получить флешку обратно. Мелькнула абсурдная мысль отмолить накопитель в церкви, когда его вернут. Но в следующую секунду он обсмеял собственную идею, даже стало стыдно. Несмотря на то что в душу медленно проползали ледяные щупальца страха, он знал, что любопытство не даст ему отступить.

Интересно, что об этом скажет Никита? Поржет, наверное, и отплюется. Решив не позориться, Макс отбросил тревожные мысли о сверхъестественном и отправился в кухню готовить себе ленч.

***

Кроме утреннего «ок», Снежана больше ничего не написала.

Звонков от нее тоже не поступало. Макс решил проявить сдержанность, подождать и попробовать связаться ней завтра. А сегодня набрал Тамару и справился, как у нее дела и состоялось ли вскрытие. Невестка рассказала, что слегла с нервным истощением и депрессией, но родители – как ее, так и Сашины – помогают, а мама даже временно переехала к ней на квартиру, чтобы позаботиться о внучке, пока Тамара отходит от стресса. Макс предложил свою помощь, но она вежливо отказалась, заявив, что получает все необходимое. Затем сообщила, что похороны назначены на воскресенье в три часа, сбор без четверти у морга. Макс, естественно, пообещал явиться в срок. Под конец разговора осведомился об окончательном заключении патологоанатомов. Тамара рассказала, что врачи подтвердили предварительный диагноз внезапной аритмической смерти, обнаружив при вскрытии следы фибрилляции желудочков и желудочковой тахикардии.