Фурия для Дракона

Она перестала веселиться так резко, как будто смех просто выключили, и уставилась на меня широко распахнутыми глазами, в которых я снова почувствовал себя монстром.

— По кусочкам? – переспросила она едва слышно.

Я твердо кивнул. Меньше всего мне хотелось прибегать к насилию и причинять вред этой девушке. Но трон был дороже. Если Сириус Вар не выполнит наши требования, жизнь его дочери утратит всякую ценность. Но пока этого не произошло, мы должны были позаботиться о ее сохранности.

— Чудовище, – выдохнула девушка.

Белоснежное платье, что было на ней надето, порвалось во время полета, и теперь я мог видеть больше обнаженной плоти, чем рассчитывал. Правый рукав, кажется, оторвался совсем, и на голом плече темнела ссадина, которая явно появилась не в ближайшее время. Я вспомнил нападение виверн и поток “Инферно”, что пролился на мою голову. Мой ответный удар был страшным, и я действительно думал, что навсегда избавился от синеволосой фурии.

— Если у мы будем ее спасать, – напомнил о своем присутствии Дэрик.

– То мне надо приготовить специальный отвар. Для этого я должен подняться наверх.

— Хорошо, – кивнул я и направился к выходу, но лекарь преградил мне путь.

— Кто-то должен остаться с принцессой, – пояснил он свое поведение. – И не дать ей провалиться в сон. Потому что если это случится, я уже ничем не смогу ей помочь.

Я вздохнул и захлопнул дверь камеры изнутри, когда Фитцрой вышел в коридор. Он обещал вернуться не более, чем через час, и заодно успокоить всех наших гостей и увести с собой Скайгарда, который, вероятно, все еще ждал снаружи.

— Итак, – я замер у выхода и скрестил руки на груди. – Как так вышло, что ты внезапно оседлала виверну и стала нападать на наши лагеря?

Глаза девушки изумленно расширились. Она так и стояла, забившись в угол, и мне ничего не стоило в пару шагов преодолеть разделявшее нас расстояние и обхватить пальцами тонкое горло. Соблазн был велик. Но я не хотел при этом видеть страх в ее глазах. А вот страсть, сильная и неподдельная, меня бы устроила.

Я отмахнулся от собственных мыслей. Это Райна Вар, идиот, дочь твоего злейшего врага. Она не заслужила ни капли милосердия.

— После твоего нападения, – неожиданно призналась она и зябко обхватила себя руками. – Я поняла, насколько беспомощна. И решила это исправить.

— Сама? – изумился я. – Не по приказу короля?

— Он, конечно, знал о моем маленьком увлечении, – она поморщилась. – И до поры до времени не имел ничего против.