Если сердце любит

— Тебе тринадцать, о каком «разбил сердце» речь? Лучше перепроверь лишний раз, всё ли в чемодан упаковала. Через неделю едем в САРМ.

Свечи убрал по ящикам, начертанные мелом знаки стёр тряпкой, а чтоб избавиться от магического круга, пришлось немного поколдовать. Использовать силу по пустякам меня отучила бабушка — сторонница теории, что магия крадёт годы жизни. Сложно в это не поверить, когда большая часть рода Старквудов покоится на кладбище.

— Вот именно, через неделю. Уйма времени, — в её пальцах сверкнул утаённый сапфир, — как, собственно, и у тебя.

Успеешь смастерить артефакт для своей драгоценной Несс.

Я раздражённо щёлкнул пальцами. Бусина соскочила с ладони Авроры и полетела ко мне.

— С чего ты взяла...

— С того, что нашла её фотографию у тебя в столе.

Замерев на месте, крепче сжал кулак. Грани камней впились в кожу.

— Ты рылась в моих вещах? Это гнусно даже для тебя!

— Не рылась, а искала улики того, что мой братец не бесчувственное бревно. Каково же было облегчение, когда нашла.

Жаль, что она из Адальстейнов.

Вздохнув, сунул сапфиры в карман и двинулся в сторону сестры.

— Верни фотографию.

— Не верну! — Она вскочила и побежала к двери.

— Ну что за дурачество, ты же не ребёнок!

— Как ты успел заметить, мне тринадцать, я именно ребёнок, Томми, — она обернулась на бегу у самого выхода из мастерской. — А ещё я девочка и очень люблю романтичные истории. Так что... Правда или действие?

— О, ну конечно...

Эта игра, словно мяч, перебрасывалась нами друг другу.

После смерти отца Аврора первая задала вопрос. Я выбрал правду. И честно ответил, что мне тоже страшно и я не знаю, обманывает ли нас ОБР, говоря о несчастном случае. А когда спустя два года умерла мама, игра стала неким ритуалом, нарушить который никто из нас двоих не мог.

— Давай же, Том! Правда или действие?

— Есть какая-то разница, что я выберу?

— Нет.

— Действие.

— Отлично, хочу, чтобы твоим действием стал правдивый ответ. Кто для тебя эта Несс? И почему мастеришь для неё такой сложный амулет?

Сжав зубы, пристально посмотрел на сестру.

Любопытная лиса! Всегда ведь находит способ выведать, что ей интересно. Я редко от неё что-то скрывал, но это... Ванесса Адальстейн — моя тайна. После неприятного разговора с дедом три года назад стало очевидно, что знать о моих глупых чувствах кому-либо ещё крайне нежелательно. Особенно самой Несс. Или её брату. Вряд ли тогда между нами сохранится дружба.